Инновации начинаются не только с лабораторий, но и с равенства возможностей Nature опубликовал исследование, связывающее инновационность европейских регионов с межпоколенческой образовательной мобильностью — то есть с тем, насколько образование человека зависит от уровня образования его родителей. Авторы создали первый долгосрочный региональный атлас такой мобильности в Европе: 108 крупных и 225 более дробных регионов в 36 странах, три поколения — родившиеся в 1940–1959, 1960–1979 и 1980–1999 годах. Затем эти данные сопоставили с патентной активностью регионов за три десятилетия. Результат оказался устойчивым: чем слабее семейное происхождение определяет образовательную траекторию человека, тем больше в регионе патентов — в том числе наиболее цитируемых. Изменение образовательной мобильности, сопоставимое со средним европейским прогрессом между поколениями 1940-х и 1990-х годов, связано примерно с 11%-ным ростом числа патентов. Важно: речь идет не просто о доступности образования и не о формуле «больше университетов — больше патентов». Межпоколенческая мобильность означает другое: ребенок из семьи без высшего образования должен иметь сопоставимые шансы реализовать способности с ребенком профессоров или обеспеченных родителей. Образование может быть формально бесплатным, но мобильность останется низкой, если качество школы, репетиторы, социальные связи и культурный капитал семьи заранее определяют результат. Вывод исследования сформулирован: чем меньше талантов инновационная система теряет из-за происхождения человека, тем больше она производит изобретений. Особенно сильна эта связь не в сложившихся инновационных столицах, а в регионах, где социальные барьеры исторически были выше. В ведущих хабах эффект частично перекрывается концентрацией университетов, компаний, капитала и накопленной технологической специализацией. Это меняет взгляд на инновационную политику. Проблема региона может заключаться не только в нехватке венчурного капитала, вычислительных мощностей или исследовательских центров. Значительная часть потенциальных ученых, инженеров и предпринимателей может просто не доходить до этих профессий. Отсюда и практический вывод: инвестиции в сильные школы, ранний поиск способностей, гранты, олимпиады и поддержку талантов из семей с разным уровнем дохода — это не только социальная политика. Это часть инновационной инфраструктуры. Авторы, впрочем, осторожны: работа показывает устойчивую статистическую связь, но не доказывает простую причинность, а патенты отражают лишь одну часть инновационной активности. Инновационная экономика определяется не только объемом вложений в R&D, но и способностью общества находить и развивать таланты независимо от того, в какой семье они родились.