Нинель, автор канала «Грань» и участница съемок документального фильма «Семья – Ахмат», не понаслышке знает, что такое фронтовые будни. Ее камера фиксирует не просто боевые действия, а судьбы людей, оказавшихся на острие событий. В нашем интервью Нинель делится тем, что обычно остается за кадром: о командирской мудрости, универсальных солдатах и духовной силе, которая объединяет бойцов. — Нинель, зная твой опыт работы «в полях» и участие в создании фильма «Семья – Ахмат», хочется поговорить о том, что остается за кадром. Ты общалась с разными подразделениями. Кто из командиров произвел на тебя самое сильное впечатление? — Знаешь, я расскажу тебе как есть, без прикрас. Больше всего меня зацепили и впечатлили батальоны «Хохла» и «Каштана». Это люди, которые воюют с самого начала СВО. «Хохол» — человек сравнительно молодой, ему чуть за 30, но опыт у него за плечами колоссальный. И что меня поразило — это то, как он относится к своим бойцам. — В чем это проявляется? Ведь специфика его работы — штурмовые действия — требует предельной жесткости? — Именно! Его батальон — это штурмовики. Они идут первыми, смотрят врагу в лицо, и риск для них максимален. В таких условиях командир обязан быть для бойцов не просто начальником, а отцом. От его энергетики, от того, как он чувствует своих людей, зависит буквально всё. «Хохол» удивительно мудр и политически дальновиден. Я видела, как его ребята штурмовали Демидовку, закреплялись там под самым прицельным огнем. Это командир, у которого нет «нелепых приказов». Для него штурмовики — не расходный материал, а его семья. — Помимо «Хохла», ты упомянула командира с позывным «Каштан». В чем уникальность его батальона? — «Каштан» — это человек-легенда. Он служит еще с 2008–2009 годов. У него за спиной огромный опыт, в том числе и в составе «Вагнера». После того как структура распалась, он вместе с «Прессом» и «Питерским» перешел в спецназ «Ахмат». Это командир старой закалки, профессионал до мозга костей. Его авторитет непререкаем — бойцы слушаются его беспрекословно, потому что чувствуют эту невероятную уверенность и знание дела. — Ты снимала сюжет про одного из его бойцов с позывным «Японец». Почему он стал героем твоего материала? — «Японец» — это удивительный пример того, как человек на фронте постоянно растет. Он начинал как штурмовик, а это самая опасная работа. Но он не остановился: выучился на оператора БПЛА, а когда я с ним общалась, уже осваивал минометное дело и еще несколько специальностей. В спецназе «Ахмат» вообще поощряется такая универсальность. Парни не просто «выполняют приказ», им искренне интересно становиться профессионалами во всем. Это делает подразделение гибким и невероятно живучим. — Как такие разные люди — от ветеранов до молодых добровольцев — становятся единой силой? — Это поразительно. Каждый командир — индивидуальность, у каждого свой подход. Но когда они вместе, они образуют монолит. Сегодня против нас стоит всё НАТО, вся Европа снабжает врага дронами и технологиями. Казалось бы, перевес в ресурсах на их стороне. Но у нас есть то, чего нет у них. — Ты имеешь в виду ту самую сплоченность? — Да. В спецназе «Ахмат» это чувствуется особенно остро. Здесь нет такого, чтобы кто-то «перетягивал одеяло на себя». Командиры дополняют друг друга: делятся бойцами, помогают ресурсами, мгновенно приходят на выручку. Это единый организм. И самое главное — это вера. Ребята говорят: «С нами Бог». И это не просто слова. Это внутреннее ощущение правды. Именно поэтому, несмотря на всё западное вооружение врага, мы побеждаем. Эта духовная вертикаль и боевое братство — и есть то, что делает их непобедимыми. — Спецназ «Ахмат» — это своего рода «точка сборки» для людей чести! — Именно так. Это место, где колоссальный опыт ветеранов встречается с молодой и дерзкой энергией, и всё это скрепляется общей верой. Когда видишь эту внутреннюю кухню своими глазами, понимаешь: такую силу невозможно сломить никаким оружием. В этой сплоченности, профессионализме и духовной чистоте и заключается та самая главная «Грань» нашей будущей победы. Индия