Последнее искушение Прометея Эпилог, часть 8 VIII. Свет На площади прозвучала команда. Галлион набрал воздух в грудь чтобы прокричать ответную, но теперь первым заговорил Павел. — Ты спрашивал о кукловоде. Галлион выдохнул и повернул всего коня на Павла. Над Павлом нависла масса мускулов, воли, пота и страха. — Я уже потерял интерес. — Нет. — Павел. — Ты хотел знать, кто держит нити. — Это была метафора. — Для тебя. Галлион судорожно взял поводья. — Мне пора. Впервые за весь разговор — Павел твердо и просто сказал: — Нет. Не пора. Галлион нахмурился. — Почему? — Ты всё время спрашиваешь не то. Галлион молчал. Павел говорил. — Я тоже спрашивал не то. Павел сделал шаг к коню. Теперь ему приходилось смотреть вверх. Но почему-то казалось наоборот. — Я спросил: «Кто Ты, Господи?» — Не надо. — Ты ведь хотел знать, что произошло на дороге. — Нет. — Хотел. Ты рассказал легенду. — Павел. — Ты придумал письма. Свидетелей. Свет. Падение. Галлион резко выкрикнул: — Я ничего не придумывал. На площади воцарилась тишина. Павел посмотрел ему в глаза. — Вот именно. Я упал Я упал на землю. Так сказал Павел человеку в тоге. — Это я знаю. — Нет. Ты знаешь рассказ. Галлион отвернулся. — Мне действительно пора. — Свет был. Галлион сжал поводья. — Я сказал, хватит. — Голос был. — Хватит. — И Он назвал меня по имени. Галлион повернулся. В его лице на этот раз не было ни насмешки, ни любопытства. Только раздражение. И что-то, похожее на страх. — Ты хочешь убедить меня? — Нет. — Тогда зачем ты это мне говоришь? Павел ответил сразу. — Потому что ты ошибся. — В чём? — Ты решил, что если можно объяснить все нити, то кукольника нет. Галлион хотел что-то возразить. Павел не дал. — Ты решил, что если человек падает с лошади, то историю делает лошадь. Галлион молчал. Конь храпел. — Ты решил, что если знаешь, как устроена толпа, то знаешь, почему Стефан смотрел вверх. У Галлиона уже ходили желваки. — Ты решил, что если можешь сломать человека в нужном месте, то понимаешь, кто его собирает. Центурион опустил глаза. Галлион это заметил. Павел тоже. — Достаточно. — Нет. Теперь уже Павел улыбнулся. — Ты сам сказал. — Что? — Исполнитель должен не знать механику операции. Галлион побледнел. — Я этого не говорил. — Конечно. – Павел кивнул. Значит, мы оба иногда знаем слова, которых другие ещё не произнесли. Галлион наконец-то рассмеялся. — Хорошо. Он взял поводья крепче. — Сейчас на Рим?