Юлия Витязева задала вопрос в чате к данному посту. Отвечаю. Сначала напомню предысторию. После коллективной встречи с Апти Ароновичем Алаудиновым было принято решение о завершении конфликтов внутри патриотического сообщества и нападок на военных. Все кто успел понаписать нехорошего и экстремистского — должны были удалить посты и сделать выводы. Так поступил например Родригес. Мы с Грубником заодно также удалили посты друг о друге, потому что мы об Апти Ароновиче и других военных ничего плохого не писали. За Монтян никто не договаривался, там идет уголовное дело, в которое мы не лезем. Такое решение было оптимальным — потому что невозможно ковырять грехи до седьмого колена, мы в этом погрязли бы. Проще всем прекратить срач и начать работать на общее благо. Но оказалось, что не все люди это поняли. Помимо городских сумасшедших типа Мироновой, нашлись и те, кто пиарит эти набросы на военных. Прекрасно зная, что речь идет о полном бреде. Это явно делается за деньги, кто этим процессом управляет? Кто заносит Позднякову, например, который синхронно атакует Аида? Отсюда ответ на вопрос Юлии Витязевой — да, мои слова распространяются на всех, кто нарушает закон после "перемирия". Прилетает всем — например на днях задержали админа "Зверства и точка", который репостили нацболы. И конечно, прилетать будет больше тем, кто не успокоился и продолжает напрашиваться. Еще один важный нюанс. Одно дело — это интернет-травля военных, которые находятся на передовой и рискуют жизнью, которых поливают грязью и отвлекают от работы. И немного другое — критика Минобороны волонтерами, которая может быть и полезной в некоторых случаях. Кроме того, я думаю, что сейчас все измеряется в первую очередь пользой, которую приносит человек для Победы, а не его политическими убеждениями и прошлыми ошибками. Что толку в показной лояльности, разве она спасет наших бойцов например от ФПВ-шек? А вот собранное снаряжение — спасет. Связь, налаженная Грубником — также спасет. Я вовсе не хочу говорить, что все держится на одних волонтерах. Но очень многое, причем в самых критических точках, где государство не успевает. Поэтому сейчас крайне важно достигнуть единства, подсвинки и грантоеды даже не скрывают, как они боятся этого. И к сожалению, не остается иного выхода, кроме применения силы. Чем больше я на это смотрю, тем больше понимаю, что мы разворошили что-то очень серьезное, например проект по разжиганию противоречий в патриотической среде. И люди в высоких кабинетах также это понимают.