Издательство Ивана Лимбаха

«Кто он был, мой папа, Феликс Светов? Он был замечательный писатель, смелый, отважный человек, замечательный друг. В 1985 году он просидел год в «Матросской тишине» в камере на 60 человек, где должно было быть 15. Его посадили за то, что он издал за границей в издательстве Ymca Press книгу «Отверзи ми двери» , о том, как человек приходит к вере. И посадили его и за подписание писем в защиту Солженицына и Сахарова и т.д.. В тюремной камере он задыхался, у него была астма , и он дышал у тюремной стены – у так называемой, «шубы». В СИЗО особым образом красили стены, накидывая много краски, не знаю, зачем. Но меня это поразило, когда я оказалась в этой самой тюрьме, где сидел мой отец. А пришла я туда, как тюремный посетитель, член Московской ОНК и почти 30 лет спустя ходила по тюремным коридорам, по которым водили моего отца. Бывала в тюремной больнице, куда его положили перед судом, чтобы лучше выглядел. Когда Светов сидел в « Матросской тишине», в Париже вышла его книга «Опыт биографии». Из этой книги Булат Окуджава взял знаменитую фразу «Возьмемся за руки, друзья». Песня Булата посвящена моему папе. Это та самая «Возьмемся за руки, друзья!», которую часто поют и цитируют. За «Опыт биографии» Светов получил во Франции премию имени Владимира Даля. Он узнал об этом, когда мы пришли к нему в тюрьму на свидание после приговора. «Опыт биографии» был переиздан в «Издательстве Ивана Лимбаха» несколько лет назад. И еще не весь тираж распродан, хотя книга замечательная и очень актуальная сегодня. Когда Горбачев освободил Феликса Светова и мою маму из горно-алтайской ссылки, папа прожил еще много счастливых и драматических лет. Он написал еще много статей, замечательную книгу рассказов о любви «Чижик пыжик». Вместе с Булатом Окуджавой и другими известными людьми он работал в комиссии Анатолия Приставкина по помилованию заключенных. Он написал замечательный роман «Тюрьма». Актуальный до сих пор. Еще несколько его романов ждут своего издателя. Рукописи лежат у меня в столе. Но главное, он был моим папой. И мы с ним не попрощались…. С тех пор я каждый день звоню своим любимым друзьям. Я хочу слышать их голоса….всегда». Это слова Зои Световой. А вот стихотворение Юрия Левитанского, посвященное Феликсу Светову. Отмечая времени быстрый ход, моя тень удлиняется, что ни год, что ни год удлиняется, что ни день, все длиннее становится моя тень. Вот уже осторожно легла рука на какие-то пастбища и луга. Вот уже я легонько плечом задел за какой-то горный водораздел. Вот уже легла моя голова на какие-то теплые острова. А она все движется, моя тень, все длиннее становится, что ни день, а однажды, вдруг, на исходе дня и совсем отделяется от меня. И когда я уйду от вас в некий день, в некий день уйду от вас, в некий год, — здесь останется легкая моя тень, тень моих надежд и моих невзгод, полоса, бегущая за кормой, очертанье, контур неясный мой... Словом, так ли, этак ли — в некий час моя тень останется среди вас, среди вас, кто знал меня и любил, с кем я песни пел, с кем я водку пил, с кем я щи хлебал и дрова рубил, среди вас, которых и я любил. Будет тень моя тихо у вас гостить, и неслышно в ваши дома стучать, и за вашим скорбным столом грустить, и на вашем шумном пиру молчать. Лишь когда последний из вас уйдет, навсегда окончив свой путь земной, моя тень померкнет, на нет сойдет, и пойдет за мной, и пойдет за мной, чтобы там исчезнуть среди корней, чтоб растаять дымкою голубой, — ибо мир предметов и мир теней все же прочно связаны меж собой. Так живите долго, мои друзья. Исполать вам, милые. В добрый час. И да будет тень моя среди вас. И да будет жизнь моя среди вас.