Это пройдёт

77: два хука, два крюка — 2 Лучше бы он этого не делал, потому что разверзлись хляби. Масонам нельзя давать лишний повод для обсуждения. Тем более религии. Тем более законодательства. Тем более при якобы действующем запрете на обсуждение религии. Свой голос подняли давно затаившиеся в недрах Великой ложи христианские фундаменталисты: масонство всегда было христианским, и если в 1813 году Великая ложа решила стать экуменической, то не пора ли вертать всё взад. Заголосили евреи: это не еврейский вопрос, это английский вопрос, потому что любой англичанин должен иметь право беспрепятственно входить в любую ложу мира. Законники припомнили Аугсбургское право: чья земля — того и вера. Патриоты задохнулись от гнева: мы не можем себе позволить, чтобы всякая колбасная шваль нам рассказывала, какими должны быть законы у масонства. Лорду Карнарвону оставалось только констатировать: Великая ложа сожалеет о сложившейся ситуации, но не может просить своего великого мастера о законных действиях против Трех Глобусов, потому что он сам был посвящен в сугубо христианской ложе под властью Трех Глобусов. Всем спасибо. В этот исторический момент, в сентябре того же 1877 года, в Париже Великий Восток Франции под руководством неукротимого ренегата Фредерика Десмона принимает резолюцию, наносящую масонским принципам новый удар. Десмон побывал реформистским пастором, католиком, кальвинистом, но на тот момент пребывал в фазе радикального атеизма. Шесть лет, с установления Третьей республики, он прогревал французских масонов на тему растреклятого клерикализма и наконец преуспел. До закона о разделении церкви и государства оставалось еще 30 лет. Но французские масоны решили ввести его у себя внутри первыми. Такое бывает. Они ввели девиз «Свобода — Равенство — Братство» сперва у себя, а уже потом его переняла Первая республика. А американские масоны решили у себя внутри не отменять Сухой закон в 1933 году. Государство в государстве. Отныне Великий Восток перестает упоминать в своих ритуалах Великого Архитектора Вселенной и не требует от новопосвященных наличия религиозной веры. Трудиться он станет «во имя Прогресса Человечества» или «Человеческой Сплоченности». Якобы это считывается по смыслу из первой масонской Конституции. Спойлер: нет. Но дело уже сделано, и на все возражения французы, всё никак не могущие остыть после 1789 года, отвечают криками «к оружью, граждане». И в отличие от немцев они делают это вообще без вызова стороннему наблюдателю в лице Англии: они ее просто в упор не видят, нет такого фактора в принятии ими решений, как мнение Великой ложи в Лондоне. Тут у лорда Карнарвона, конечно, выпадает монокль: это вопрос «жизненной важности, который мы ни по совести, ни по мудрости не в силах оставить без внимания». Карнарвон, который вышел из состава правительства в знак несогласия с проектом еврея-премьера Дизраэли от 1867 года о правах рабочего класса, отказывается даже понимать, что это за «la solidarité humaine» и брезгливо упоминает ее только на языке оригинала, как инородный термин. Понятное дело, он назначает комитет для рассмотрения вопроса. Комитет через три дня трусливо предлагает резолюцию — считать принятое французами решение «требованием к кандидатам верить в абсолютную свободу совести», а значит это все-таки вера и всё, вопрос исчерпан, живём дальше как жили. Карнарвон грозит им пальцем и отправляет думать дальше. #Англия #история #19век #масонство #тайныеобщества #религия