Ideas

Первое - нормативно, институционализировано и высокочастотно, а второе - также нормативно, институционализировано, но предельно низкочастотно, при этом не только в силу субъектных приоритетов источника, но и в силу характера объективного процесса - монарх не умирает каждый день. И даже если мы сильно расширим хронологические рамки, мы все равно десятков тысяч актов престолонаследия для данного общества не получим. Сколько у нас в России было царей с Иоанна IV начиная? Ну 23 где то. Таким образом, получается, что критерий частотности только ограниченно эффективен, ограниченно позволяет нам отграничить реальность от фантазий. Надо как то обобщить наш критерий и дополнить его таким образом, чтобы нормативные и регулярные события тоже попадали в, наше множество "действительность". И тут на ум приходит в первую очередь понятие протяженности или устойчивости. Если нечто встречается мало, но регулярно и устойчивое на протяжении сотен лет, в схожих формах и контекстах, то оно не менее реально, чем высокочастотное. Высокочастотное же также можно считать протяженным (хронологически или пространственно или источниково). В общем и целом, такое обобщение возможно только если история сама протяженная, тянется много сотен лет, а лучше несколько тысяч. Только в такой истории можно выделить закономерности великих изменений, которые резко меняют набор частотного ("привычного" в категориях современников изменений). Значит, если вы древность не изучаете и отбрасываете, то закономерности человеческого общества вы поймёте превратно в силу того, что учитываться будет только частотное, а протяженное учитываться не будет. Поэтому любая форма идеологической мозгокастрации требует "отбросить замшелое и заниматься актуальным". Любопытно, что в Российской империи этого никогда не требовалось и не обожествлялось "актуальное". Зато после 1917 года это постоянно: институт актуальных проблем того то, сего то. И так до наших дней включительно. Идеологические копролиты требуют внимания исключительно к современному - актуальному, чтобы никакие фундаментальные исследования были невозможны, чтобы исследователи были слепы и дальше трех сосен "современности" не видели уже лес протяженности. Для общественных наук изучение древности это как для инженеров теоретическая физика просто в силу того, что без протяженности нельзя доискаться реальности. Но на это конечно "идеологи актуального" всегда возражают в духе, что колхозов раньше никогда не было! А то ещё увидят рабы что они рабы, просто называются иначе. Каждый, кто требует актуальности, требует уничтожения научного метода. Это не значит, что современность нельзя изучать, напротив, через методологию протяженности её только и можно изучать, иначе получится либо восхваление колхозов, либо идея что бабло побеждает зло, а богатые побеждают бедных (вся мировая история утверждает обратное). В общем и целом, конечно, все вышенаписанное банально и всем хорошо понятно, но мне важно указать на отношение и гносеологическую эквивалентность между частотностью и протяженностью