Война приближалась ко всем границам. Правительства, охваченные внезапным страхом, всеми правдами и неправдами старались остановить ее. Но все попытки оказались тщетными. В донесениях агентов на границах любой замеченный ими на той стороне кавалерийский патруль представал развертыванием войск, начатым еще до объявления мобилизации. Генеральные штабы, потрясая безжалостными графиками и рассчитанными таблицами, громко и настойчиво требовали сигнала к выступлению, стремясь опередить противника хотя бы на час. Придя в ужас при виде открывшейся бездны, государственные деятели, на которых лежала главная ответственность за судьбы своих стран, попытались отступить назад, но неумолимая сила военного планирования тащила их вперед, все дальше и дальше. В канун нового 2026 года я ехал по французскому Эльзасу в сторону Парижа и, очевидно, думал о Первой мировой войне. Тогда мне пришла в голову мысль начать читать книгу Барбары Такман «Августовские пушки». Я не большой фанат научно-популярных и публицистических форматов, особенно когда речь идет об исторической литератре, но ее прочитал с огромным удовольствием. Если вас интересует что-то из военной стратегии, теории бюрократии и просто истории начала Первой мировой, то это мастхэв. В качестве дополнительного промоушена байка про Кеннеди, благодаря которой о книге узнал я: Осенью 1962 года президент читал книгу Б. Такман «Августовские пушки», рассказ о первом месяце Первой Мировой войны. Книга произвела на него сильнейшее впечатление, ибо она показывает, как просчеты и неверные представления оказали воздействие на ход событий в 1914 году. Кеннеди часто ссылался на принятие решений, приведших к Первой Мировой войне, как на классический случай типичных ошибок, которых следует избегать в век ядерного оружия. Обсуждая, например, через несколько недель после его завершения кризис в бассейне Карибского моря (в октябре 1962 года), он утверждал: если припомнить историю нынешнего столетия, когда Первая Мировая война, в сущности, разразилась в результате ложной оценки другой стороны... тогда чрезвычайно трудно выносить суждения в Вашингтоне относительно того, к каким результатам в других странах приведут наши решения. Кеннеди взял за правило раздавать книгу людям, посещавшим Белый дом, — заезжим премьерам (например, премьер-министру Англии Макмиллану), собственным генералам (тогда послу США во Франции генералу Гэвину) и многим другим.