«Создатель советского Шерлока и жанра политического детектива» — 60 лет со дня смерти Николая Шпанова В первых числах октября 1961 ушёл из жизни Николай Николаевич Шпанов — писатель, лётчик, журналист и человек, который придумал жанр, без которого сегодня невозможно представить советскую остросюжетную литературу. Шпанов родился 22 июня 1896 в Уссурийске в семье железнодорожного служащего. С детства бредил авиацией. Учился на кораблестроительном факультете Петроградского политехнического института, окончил Высшую офицерскую воздухоплавательную школу в Гатчине, воевал лётчиком-наблюдателем в Первую мировую. После революции добровольно вступил в Красный воздушный флот, командовал воздухоплавательным отрядом на Восточном фронте, а с 1922 перешёл на редакторскую работу в военно-научной редакции Воздушного Флота. Первые публикации Шпанова были посвящены пропаганде авиации как средства укрепления обороноспособности страны. В 1927 он стал техническим редактором журнала «Техника воздушного флота», где руководил отделом научно-технических обзоров. В середине 1930-х Шпанов активно популяризировал историю науки и техники. Он написал художественные биографии Джеймса Уатта, Дени Папена и Этьена Ленуара. На базе широких технических знаний, полученных в Политехническом институте и воздухоплавательной школе, он в своём творчестве популяризировал идеи географических исследований, науки и особенно авиации. В 1937 на экраны вышел фильм «Глубокий рейд», где показывалось, как воздушные силы вымышленного враждебного государства нападают на СССР. В ответ три советские эскадрильи тяжёлых бомбардировщиков направляются в глубокий тыл вражеской страны и наносят сокрушительный удар. В сценарии этого фильма Шпанов предсказал появление дальней советской авиации и бомбардировки Берлина советскими лётчиками летом 1941. В 1948 в Воениздате вышла книга Шпанова «Николай Гастелло» — биографическая повесть о Герое Советского Союза. Это было одно из первых художественных произведений о легендарном лётчике Николае Гастелло, направившем свой горящий бомбардировщик на колонну вражеской техники в первые дни Великой Отечественной. Но главное литературное открытие Шпанова — Нил Кручинин. Шпанов создал первый в советской литературе образ сыщика — сквозного героя нескольких произведений. Кручинин — «наш ответ Шерлоку Холмсу и комиссару Мегрэ», гениальный сыщик, истинно советский человек и настоящий оригинал. Вместе с верным учеником Суреном Грачиком он расследует запутанные дела. Книги о них быстро сметались с полок книжных магазинов. И всё же основное наследие Шпанова — это политический детектив. Признанный мастер жанра Юлиан Семёнов считал Шпанова своим учителем и говорил: «Учитесь у Шпанова!». В романах «Поджигатели», «Заговорщики» и «Война невидимок» Шпанов первым в отечественной литературе соединил детективную интригу с политикой. На страницах его книг действуют американские и английские миллиардеры, министры, подпольщики и провокаторы. В «Ученике чародея» расследование обычного отравления приводит к раскрытию деятельности зарубежных спецслужб при содействии Ордена иезуитов. Шпанов очень аккуратно вскрывал инструменты спецслужб и мотивы надгосударственных структур. В 1960-е, с началом «оттепели», его политические детективы в среде либералов стали восприниматься как символ сталинской эпохи, ведь в их выдуманном мире только Советский Союз хотел войны, а на Западе и в США ходили розовые пони, летали феи и все грезили свободой и демократией. Они устроили Шпанову настоящую травлю. Увы, они и сегодня поливают политические романы Шпанова грязью (все эти иноагенты Быковы и ему подобные). Тяжелобольной писатель поселился на хуторе Эсберг в Эстонии. Его последний роман «Ураган» и кончина не обратили на себя внимания советской прессы. Но время всё расставило по местам. Сегодня Нил Кручинин снова возвращается к читателям, а жанр политического детектива, изобретённый Шпановым, живёт и процветает: его романы только в постсоветское время выдержали неоднократные переиздания и чрезвычайно востребованы у читателей. ----- Ищите меня в дзен.