Довели сатрапы. Бизнесвумен Юлия Фёдорова перенесла четыре тяжелейшие операции В Архангельске продолжается драма с попыткой осудить Юлию Фёдорову по спорному делу о белковых смесях. Даже несмотря на решение Верховного суда, который поставил под сомнение подход к делам о мошенничестве по госконтрактам, не увидев мошенничества там, где его разглядело следствие, в Архангельске продолжается драма с попыткой довести до конца весьма сомнительное уголовное дело Юлии Фёдоровой. Ей, если утрированно, вменяется то, что 10 лет назад, якобы подконтрольная ей компания, якобы не добавляла в рацион питания больным белковые смеси (БКС). В деле полный хаос, непонятно, как оно вообще дошло до суда. Неправильно определён пострадавший — полицейское следствие признало пострадавшим Минздрав. А ущерб якобы нанесён бюджету. Но это неверно: финансируют питание страховые медицинские компании за счёт взносов. Минздрав и деньги бюджета тут рядом не ночевали. Но ни одна из медицинских страховых компаний в деле вообще не фигурирует. В деле нет ни одной фамилии пациента, которому якобы не добавили в еду БКС. Ущерб… Тут вообще ощущение, что он насчитан с потолка: по аналогичному делу в Архангельске ущерб был насчитан совсем по другому. А самое главное: даже если Фёдорова и виновата, то как быть с подписанными актировками, с благодарственными письмами за добросовестное исполнение контрактов? Почему она одна на скамье подсудимых? Почему рядом с ней не сидят главврачи, подписывавшие акты о приёмке, почему не сидят министры здравоохранения, которые не заявляли о (якобы) ущербе и вручавшие благодарности? Вопросов больше, чем ответов. Но больше всего смущает то, что Фёдорова, которая вела бизнес в области, не вкладывалась в заграничные активы, не уехала за рубежи Родины, как это делали многие из архангельских бизнесменов. Она всё, что зарабатывала, вкладывала в область. И её сейчас плющат. В начале августа 2026 года Юлию Фёдорову экстренно госпитализировали. Потребовалось срочное хирургическое вмешательство. Она перенесла четыре тяжелейшие операции и оказалась в реанимации. Адвокат обратился к генеральному прокурору России с просьбой проверить возможное нарушение конституционных прав Юлии Фёдоровой и дать правовую оценку действиям должностных лиц. Но главный вопрос этой истории остается прежним. Почему к Юлии Фёдоровой применялись гораздо более жесткие процессуальные меры, чем к фигуранту аналогичного дела? Почему в двух похожих делах один и тот же продукт в один и тот же период оценивался с четырехкратной разницей? Почему позиция отдельных экспертов оказывается важнее официальной позиции профильного министерства? И кому в конечном итоге может быть выгоден уход с рынка одного из крупнейших поставщиков лечебного питания региона и проблемы у владельца дорогостоящих активов? Что и кто на самом деле может стоять за уголовным делом Юлии Фёдоровой? Почему в этой истории оказалось столько противоречий и странных совпадений? И действительно ли речь идёт исключительно об уголовном преследовании или на кону мог стоять многомиллионный рынок и дорогостоящие активы успешного предпринимателя?