Канал им. Хьюи Лонга 🇷🇺| Huey Long and The News

Сама цитата Вильямса как и страничка на которой она у него намекает на 2 мысли у меня и я бы хотел перед сном поделиться с подписчиками. 1.Образ Лонга как "гитлера из Луизианы", якобы построившего монолитную партийную машину, плохо сочетается с фактажем Вильямса, что рисует, как минимум на высших эшелонах, довольно децентрализованной. Лонговская политическая машина – это скорее коалиция, "Союз Защиты Родины и Свободы", если угодно, но не жёсткий партийный аппарат. Такое устройство мало похоже на фашистские партийные государства. Если сравнивать с германскими аналогами, то по той же логике Централизация/Децентрализация она ближе СРИ ГН, чем к НСДАП, в том плане, что слишком децентрализована для фашистской или любой иной тоталитарной идеологии. Тоталитарная диктатура, которую приписывают Лонгу, такого плюрализма, "цветущей сложности" (метафора, если что) и децентрализации просто не потерпела бы. 2. Вильямс пишет, что ядро политической машины "не объединяла общая идеология". Но это описание состава кадров и сторонников, а не программы лидера. Паттерсон прямо называет представление о Лонге как о боссе без программы, высказанное Шлезингером, мифом и карикатурой: "ошибочно видеть в нём кого-либо, кроме политика с программой". Те же принципы, по его словам, Лонг проповедовал ещё в годы Первой мировой и в благополучные 1920-е, то есть программа не продукт Депрессии. Корни своей идеи перераспределения Паттерсон прослеживает к семье, родному городу, Библии, Тулейнской школе права, местному сенатору, Брайану, Теодору Рузвельту и Вильсону. Эти положения не противоречат друг другу: машина могла быть идеологически разнородной в лице рядовых членов и верхов, но она объединилась вокруг того, что они разделяют идеологически, пусть и не во всем, причем эта идеология должна быть синтезом или хотя бы разделять большинство убеждений участников и высш. руководства. Собственно, Лонгизм и есть Социально-консервативный синтез, где социальная экономика встречается с консерватизмом во всём остальном. Поэтому состав машины, который Вильямсу кажется странным, имеет смысл: сторонники ПнБ* и неопопулисты получали программу социальную экономику, консервативные союзники – защиту уклада и собственности, идеалисты – образ лучшей Луизианы. Обратите внимание на то, что Консерваторы не слиты с безыдейными карьеристами, и не изображены как люди, которые просто служили, не соглашаясь. Они стоят в одном ряду с неопопулистами и сторонниками плана "Поделим наше богатство". То есть консерваторы в машине Лонга были не пленниками и не случайными попутчиками, а одной из её составных частей, единой и неразделимой с ней. Людей объединяло не сектанство, но сходство взглядов по большинству вопросов. Для сторонников плана ПнБ это понятно. Для консерваторов объяснением может быть консервативная сущность самого Хьюи Лонгизма в лице бесспорной опоры на Библию и американскую традицию, его христианский морализм, разгон борделей, признания расовой иерархии ("расовый реализм" если угодно) и ее цветущей сложности. Хотя сам Т. Гарри Вильямс сравнивал Лонга с Линдоном Джонсоном и считал его прогрессистом, выскажу мнение, что фактаж говорит скорее о том, что Лонг был социал-консерватором ибо такая коалиция скорее всего возникла вокруг человека, которого ревностные сторонники социальной экономики и ревностные консерваторы могли принять как своего в идеологическом плане. И такая идея должна по логике вещей соединять социальную справедливость с консерватизмом во всем остальном кроме экономики. Ибо экономически, "консерватизм" понимается в американском контексте как рыночный фундаментализм. ПнБ - поделим наше богатство