Ящер в Законе

Налог на выход Налоговые сюрпризы от Минфина нас всех, мягко говоря, расстроили. Но, объективности ради и в качестве психотерапии, давайте посмотрим, чё там у пиндосов как бывает в других странах — и до чего наша ФНС пока (пока!!!) ещё не дошла. Мой приятель Саша Кубышкин (канал "ФинФак") — единственный человек в мире, который знает больше аббревиатур credit facilities от ФРС, чем Золтан Позжар, и, по моему скромному мнению, один из лучших русскоязычных аналитиков по global macro и — порекомендовал мне обратить внимание моих уважаемых читателей на немецкий Wegzugssteuer — «налог на отъезд». В чём его суть? Владеете долей хотя бы 1% любой компании и уезжаете из Германии — государство считает, что в день отъезда вы продали долю по рыночной цене. Живых денег никто не получал, но налог — около 28% с нереализованного capital gain, который существует только на бумаге, — извольте занести в кассу. И это только начало. Налог на наследство ещё пять лет после отъезда считает немецкого гражданина резидентом. А уехавшего в налоговую гавань с бизнесом в Германии держит на «расширенном» налоговом поводке все десять. Родился этот налог из-за одного человека. Хельмут Хортен, король универмагов, переехал в Швейцарию и продал акции своего концерна больше чем за миллиард марок, не заплатив Германии ни пфеннига. В 1972 приняли закон, который до сих пор называют lex Horten. Тогда он касался долей больше 25% в немецких компаниях. Сегодня — от 1% в любой компании мира. Порог упал в двадцать пять раз. А беспроцентную «вечную» отсрочку при переезде внутри ЕС в 2022 отменили: платите сразу или в рассрочку на семь лет, обычно под залог. У этого налога есть предок пострашнее. В декабре 1931 правительство Брюнинга — ещё веймарское — чрезвычайным декретом ввело Reichsfluchtsteuer, «налог на бегство из Рейха»: 25% имущества при отъезде, если оно дороже 200 000 рейхсмарок. Временно, до конца 1932. И задним числом. Дальше вы догадываетесь. Меру продлили, потом ещё раз, потом сделали бессрочной. В 1934 порог снизили вчетверо, а налоговая получила право требовать обеспечение авансом (!) — вдумайтесь!! — при одном подозрении (!!!), что вы собираетесь уехать. Нас, впрочем, этим не удивить. 3 августа 1972 года, за пять недель до lex Horten, Президиум Верховного Совета СССР издал Указ о «возмещении государственных затрат на обучение» для уезжающих. Выпускник МГУ платил 12 200 рублей при средней зарплате около 130. Протест 21 нобелевского лауреата, поправка Джексона–Вэника в Конгрессе — и к весне 1973 сбор тихо прекратили. Изящно, правда? В одном и том же 1972 две системы независимо друг от друга изобрели налог на выход с того, что считала главным активом. Капиталистическая обложила капитал финансовый. Социалистическая — человеческий. И, наконец, чемпион. США облагают налогом по факту гражданства, где бы граждане ни жили. Так делают ровно две страны мира: Штаты и Эритрея. Отказываетесь от американского паспорта с состоянием от $2 млн. — государство считает, что накануне вы продали всё имущество по всему миру, и облагает прирост сверх $910 тысяч. А если потом что-то подарите или оставите детям-американцам, они заплатят 40%, даже через тридцать лет. Помните, недавно мы говорили о налоговой базе, у которой есть ноги? Налог на выход — это счёт, который государство выставляет этим ногам, когда они стоят на пороге на выход. Такие налоги начинаются как мера против нескольких очень богатых людей, а потом пороги двигаются только в одну сторону — вниз. Американские $2 млн не индексируются с 2004 года, и тот самый «тихий налог» из первой части «Сосуда и огня» без единого заголовка срезал порог на 43%: в тех деньгах сегодня это уже $1,13 млн. А подписали тот закон в октябре 2004 и применили с июня. Задним числом, конечно, как по-другому?) В России пока (пока!!!) ничего подобного нет, по крайней мере для своих. Для чужих уже действует: уходящая из России иностранная компания платит «добровольный взнос» — 35% рыночной стоимости активов. Механизм обкатан, осталось только развернуть его лицом к своим. Судя по всему, exit tax дойдёт и до нас. Но несколько лет, думаю, у нас ещё есть. Как потратить их с пользой — в следующем посте.