Холархия

Туман войны Белый дом заволакивает чёрный дым. Тысячелетие приближается к завершению. Империи распадаются медленно, с чарующим ресентиментом и завораживающей клептоманией. В дыму мерещатся чудеса света, лжепророки и заграница. Будто из ниоткуда выныривают торговцы картами сокровищ, на которых ещё не обсохла краска. Морковкой перед глазами маячит надежда. Надежда на свободу. Плотный дым укрывает стеклянные небоскрёбы акимбо. Новое тысячелетие наступило, а мы всё ещё живы. Мания величия, неон и печатная пресса расширяют наши зрачки. Белый дом укутало чёрное золото. Отдохнуть негде — везде окрашено. Выбирать незачем, ведь можно просто дышать и клепать мемы. Почему-то из векового забытья выплывает Ктулху. Из дыма складываются воздушные замки. Цветной дым фаеров заполняет площадь. Мы летаем в социальных пузырях, пружиня от острых углов и стен. Белки глаз опутало чёрное зеркало. Нарисованное на стенах медленно, но верно заменяется серыми прямоугольниками. Неразличимая фигура курит и выдувает кольца. Соседи машут ладонями, разгоняя дым, и (нечаянно?) дают друг другу подзатыльники. Будто из ниоткуда повсюду вырастают заборы. Куски зданий падают, а мы замираем, выжидая и опасаясь. Кто не спрятался, тот враг. Третье десятилетие третьего тысячелетия настолько задымлено, что весь мир дышит с трудом. Совершенно неясно: это горящие леса Сибири и Калифорнии, горящие города Сирии и Новороссии, гигазаводы Индии и Китая, пылающий гнев левых и правых, плавящиеся от вертикального восприятия мозги — или шлейф тянется откуда-то ещё? Факт — дым в головах. Вентилятор настолько закидан испражнениями, что лопасти уже не раскручиваются. Люди спешно баррикадируют двери в полурасколотых жилищах. Мы идём, взявшись за руки, цепью сквозь душную непроглядность. Странно, но, оказывается, и в дыму, по расписанию заменяя дорожающие дыхательные фильтры, получается жить. То есть двигаться, меняться, творить и оказываться полезным. Находить близких. Рыба не знает, что такое вода. Кажется, и я иногда забываю, что дышу в пол-лёгкого. Пора уходить в пелену на разведку. Это уже не надежда. Это — смелость. Опять работа, @bitnevpoet? — для Холархии.