Каушенский бой завершился победой русской кавалерии, но ее цена оказалась непомерно высокой. Конный корпус потерял 81 человека убитыми, 293 ранеными и 22 пропавшими без вести. Кавалергардский и Конный полки лишились более половины своего офицерского состава. Немецкая 2-я ландверная бригада потеряла 66 человек убитыми, 122 ранеными, 30 пленными и оставила на поле боя 2 орудия. За эту лихую атаку ротмистр Петр Врангель и полковник князь Эристов получили ордена Святого Георгия 4-й степени, а Врангель был досрочно произведен в полковники. Однако командование армии восприняло итоги боя без всякого восторга. Из-за огромного расхода боеприпасов Хан Нахичеванский не стал преследовать отступающих немцев, а приказал дивизиям сняться с позиций и отойти на ночлег в глубокий тыл (на 10–12 км назад к Линденталю). Этим отходом кавалерия полностью оголила правый фланг наступающего XX пехотного корпуса, что на следующий день привело к трагедии 28-й дивизии. Генерала Ренненкампфа привели в ярость итоги Каушенского боя. Он отправил Нахичеванскому разгромную записку: «Действия крайне неудачны... Противник, взятый с обоих флангов под анфиладный артиллерийский огонь, был бы уничтожен. Все его 12 орудий попали бы легко в Ваши руки, а так Вы взяли только 2 с тяжелыми потерями. Все эти потери ложатся тяжелой ответственностью на Ваших начальников дивизий». Германцы были разбиты и отброшены, но из-за приказа Нахичеванского об отходе на отдых весь конный корпус остался безучастным зрителем в главном сражении, которое грянет под Гумбинненом уже на следующий день — 20 августа. 2-я ландверная бригада немцев также не приняла участие в этой битве, но едва ли это был равноценный размен. На фото – офицеры лейб-гвардии Конного полка