Эллиниcтика

О том, что мы называем «девственностью», древние греки не имели никакого представления. Их термин παρθένος никак не мог обозначать женщину, ещё не вкусившей сексуальной жизни, ведь имелось такое слово как παρθένῐος, означающее ребёнка παρθένος: греческая литература знает немыслимое количество детей, рождённых «девственницами», в их числе бог врачей Асклепий и прародитель ионийцев Ион. Соответственно, пишет Дж. Сисса, сам факт существования подобного термина «говорит о том, что такого понятия, как девственность, в Древней Греции не существовало». Также и спартанцев, которые родились вне брака во время Мессенской войны, называли партениями (οἱ Παρθενίαι), i.e. «сынами девственниц». Согласно историку IV в. Эфору в передаче Страбона, во время войны с Мессенией спартанцы поклялись не возвращаться домой, пока не победят или все не погибнут, однако война затянулась, и на её десятый год они отослали домой самых молодых воинов, не успевших ещё дать той клятвы, чтобы те сошлись со сколь можно большим числом девиц (παρθένοις). «Дети от этих беспорядочных связей, знавшие своих матерей, но не знавшие своих отцов», пишет П. Видаль-Накэ, получили прозвище партениев. «Иными словами, это были дети, рожденные не в обычном, моногамном, а в групповом браке», по мнению греков, нелегитимном и варварском, в котором женщина навсегда остаётся παρθένος. Коронида, даже забеременев от Аполлона, продолжает зваться παρθένος. «То, что незамужняя девушка занималась любовью … никак не меняет используемого в отношении неё обращения», пишет Сисса, она остаётся παρθένος, а «женщиной, γυνή … становится только с выходом замуж». Софоклов Геракл перед смертью заставляет своего сына Гилла дать обещание жениться на Иоле, которую называет παρθένος, несмотря на то, что не скрывает, что они делили ложе. Вот и Геродот рассказывает, что фракийцы совершенно не следят за целомудрием своих дочерей, «поз­во­ляя им всту­пать в сно­ше­ние с любым муж­чи­ной»: несмотря на то, что до девственниц в нашем понимании им, как следствие, далеко, историк использует для их обозначения слово παρθένους. Можно было бы решить, что παρθένος это просто девица, которая теряет свою παρθενία, вступая в брак, однако В. Чиокани упоминает следующий «контруинтуитивный момент»: «παρθενία вовсе не завершается с замужеством, свадьбой», напротив, она как бы продолжается, растворяется в браке, навсегда остаётся с бывшей девицей, ставшей женщиной. Ни разу не говорится, что она «уничтожена» (φθείρειν) или «потеряна» (λύειν) в контексте случившегося замужества, но только если упоминается такая женщина, что стала непригодной к браку: таким образом, παρθενία, подытоживает К. Доуден, «относится к 💳читать далее…