Еще одна интерлюдия перед тем, как разбирать гегелевский подход к пониманию поэзии, и вновь связанная с хоррором. На днях вышел очередной выпуск подкаста, где я и Ваня Афанасьев обсуждаем (но никогда не осуждаем) фильмы ужасов, их влияние на общество и значимость кинематографических кошмаров. Четвертый выпуск посвящен телесным хоррорам – направлению, которое сейчас задает тон в жанре и находится на (очередном) пике своего развития. Мы говорим о драматическом потенциале этого жанрового течения, вспоминаем основные вехи его развития, и размышляем о том, почему сейчас хорроры о человеческом теле – это прежде всего хорроры о женском теле. Объяснить этот феномен проще всего в категориях диалектики. Во-вторых, для женщины тело изначально представляет собой источник тревожности: беременность, менструация, старение – все это телесные процессы, так или иначе отражающиеся на сознании, но при этом контролировать их женщина в полной мере не может. Это опыт, который мужчина может понять, но с которым соприкасается редко и обычно как-то опосредованно. Вся жизнь женщины намного больше определяется противоречиями между тем, как она воспринимает свое тело, и как его видят (и оценивают) окружающие. Причем эти противоречия во много находятся вне ее контроля, что само по себе способно вызвать дискомфорт. Во-вторых, для женщины намного важнее соотношение тела и сознания – она куда острее ощущает, что ее восприятие себя связано с телесными факторами (от уровня гормонов до того, насколько удачно нанесен макияж), причем диалектика духа и плоти систематически порождает напряжение между телесным и душевным обликом. Иными словами, тело для женщины может оказаться как ресурсом развития личности (напомню про индустрию красоты), так и препятствием для восприятия ее персональных качеств (фильм «Блондинка в законе» целиком об этом). Для женщин ставки в этой ситуации до сих пор выше, чем для мужчин, и страх тела как источника проблем намного глубже. Поэтому неудивительно, что если первая (условно говоря, «мужская») волна боди-хорроров была посвящена тому, как человек становится кем-то другим – например, гигантской гуманоидной мухой – то нынешняя «женская» волна намного теснее связывает изменения телесные и ментальные: это хорроры о том, как человек становится другим человеком. Вспомните, что в «Субстанции» сюжет построен на том, что стареющая женщина становится молодой, а в «Сыром» вегетарианка становится людоедкой. Все это фильмы о том, как утрата контроля над телом превращает тебя в другого – и не обязательно лучшего – человека. Обо всем этом мы и говорим, обсуждая Дэвида Кроненберга, Корали Фаржа и Жюлию Дюкурно. https://music.yandex.ru/track/142168764?utm_source=web&utm_medium=copy_link