Записки армянского офицера

🔴Иран: улица против системы. Кто кого переживёт Иран вошёл в самую опасную фазу внутренней турбулентности со времён волн 2019 и 2022 года- не только потому, что «вышли люди», а потому что одновременно сошлись экономический обвал + география протеста + попытка общенациональных забастовок + цифровая изоляция страны. С конца декабря протест стартовал с «экономики» (обвал риала, рост цен на еду/лекарства, ощущение, что государство больше не контролирует базовые условия жизни), но очень быстро перешёл в политические лозунги против системы. Сообщается о расширении выступлений на большую часть страны и о жёстком разгоне, с десятками погибших и тысячами задержанных (цифры разнятся по источникам, но тренд один — эскалация). Ключевой признак, что власть в Иране воспринимает происходящее как угрозу: массовые отключения интернета/связи. Это не «техническая авария», а знакомая по прошлым кризисам тактика — отрезать координацию, видео-доказательства, финансовые сборы и связь между городами. Почему эта волна отличается от предыдущих 1.Шире социальная база. Судя по сообщениям, это не только студенты/активисты: подключаются торговцы, часть рабочих, звучит тема забастовок и закрытия базаров — то есть экономика начинает сопротивляться сама себе. 2.Фактор периферии и этнорегионов. Сообщается о заметной активности в курдских районах и о попытках «общих остановок» (general strike). Это создаёт режиму вторую проблему: одновременно подавлять улицу в мегаполисах и держать «периметр» в регионах. 3.Зимняя уязвимость инфраструктуры. На фоне зимнего пика спроса и сообщений о газовых/энергетических сбоях любое расширение забастовок/диверсий/сбоев логистики резко повышает цену кризиса для власти и населения. Будет ли смена власти «через улицу» Вероятность быстрой смены власти низкая, если не произойдёт один из двух переломов: •раскол внутри силового/элитного контура (часть элит решит, что сохранение системы дороже её реформы/переформатирования); •длительная парализация доходной базы (в Иране это прежде всего энергетика/экспортные цепочки и критическая инфраструктура), когда подавление становится финансово и организационно невыполнимым. Пока же картина ближе к «затяжному кризису легитимности»: протесты могут то расширяться, то сжиматься, а государство будет чередовать жёсткую силу + точечные уступки + пропаганду про “внешних врагов” + цифровую блокаду. Внешний след •Санкции и внешнее давление- реальный структурный фактор, который ускоряет экономическое выгорание и обесценивание доходов. Но санкции сами по себе не «создают протест»; протест создаёт ощущение несправедливости и тупика, а санкции выступают усилителем. •США/Запад - публичные заявления и угрозы в адрес Тегерана (вплоть до обещаний реакции на убийства протестующих) добавляют нервозности властям и дополнительное напряжение. •Израильский фактор- присутствует в информационном фоне (в источниках упоминаются недавние военные столкновения/война), что облегчает властям упаковку протеста в рамку «вражеской операции». Это важнее для мобилизации сторонников власти, чем для реального управления улицей. •Эмигрантские центры- призывы Резы Пехлеви заметны медийно и могут давать протесту символ и временное расписание («выйти в определённый час»), но проблема остаётся прежней - внутри страны нет устойчивого единого штаба и защищённой организационной сети из-за репрессий и отключений связи. Прогноз Ближайшие 2–4 недели: власть будет повышать цену участия (аресты, давление на семьи, контроль больниц/раненых, подавление похорон как точек сборки), продолжая «рубильник интернета» как инструмент управления. Если протест не обретёт устойчивую экономическую опору (долгие забастовки в ключевых секторах) и не появится трещина в элитах, вероятнее сценарий не революции, а “Иран в режиме хронической нестабильности”: Подписаться на ТГ-канал «Зангезурский гамбит»