Хасан Хуррами 🏴

Далее, во время карабахской войны был продемонстрирован ролик нанесения удара ракетой LORA по двухполосному мосту через реку Хакари, который связывал на тот момент оккупированный Карабах и Армению. Но давайте подумаем: одной ракетой был уничтожен небольшой мост – это достижение? Хорошо, допустим. Но были ли продемонстрированы другие случаи применения этой ракеты? Нет. То есть вся аргументация строится вокруг одного эпизода? Интересен и другой нюанс – как выстраивалась азербайджанская пропаганда вокруг победы в Карабахе. Это особый акцент на спецназе и артиллерии. Причем, если говорить о спецназе, подчеркивалось, что он тренировался под руководством турецких специалистов, а не израильских. Что касается артиллерии, то азербайджанские СМИ обошла известная фотография молодого военнослужащего, ведущего огонь из артиллерийской установки. И многие военные эксперты отмечают, что основные боевые действия велись именно с использованием артиллерии. Именно последняя сыграла ключевую роль в победе за Карабах. По факту получается, что существенного вклада в изменение ситуации на поле боя израильское вооружение не внесло. Даже если говорить о разведывательных дронах, у Азербайджана на тот момент была альтернатива в виде турецких БПЛА. Кроме того, очевидно, что оружие продавалось не только ради прибыли, но и для «обкатки» в боевых условиях – тестирования новых видов вооружения. Да, такая практика распространена во всем мире. Но тогда возникает вопрос: зачем утверждать об «эксклюзивном» вкладе в победу? Примечательно, что буквально за неделю до войны выяснилось, что израильская компания Israel Aerospace Industries (IAI), заключившая контракты с Азербайджаном на поставку вооружения, оказалась в центре коррупционного скандала — компанию обвинили в отмывании денег. Фактически Израиль выстроил свою пропаганду на нескольких опорах: антииранизме (антишиизме), тезисе о вкладе в победу и концепции «особого партнера», способного выступить посредником на Западе. Однако очевидно, что речь идет о собственных интересах. «Хазария» С чем еще связан интерес Израиля к Азербайджану? Следует учитывать, что текущая геополитическая ситуация на Ближнем Востоке остается крайне напряженной. Даже в случае сохранения Израиля как государства его восстановление потребует времени. Процесс репатриации (алии) может оказаться под вопросом из-за сохраняющихся рисков безопасности. Кроме того, инвестиционная привлекательность региона снижается: в условиях высокой нестабильности бизнес не спешит вкладывать средства. Уже сейчас обсуждаются альтернативные направления для переселения. Если рассматривать гипотетический сценарий, Азербайджан обладает рядом факторов, которые могли бы рассматриваться как привлекательные: климат, географическое положение, транспортные коридоры (Север — Юг, Восток — Запад), близость к крупным регионам и участие в международных проектах. Именно поэтому в информационном пространстве периодически появляются теории о связи хазар и формирования азербайджанской нации — так называемый проект «Хазария». При этом многие исследователи считают подобные версии несостоятельными. Важно учитывать, что подобные концепции часто используются в рамках более широких геополитических нарративов. Возвращаясь к ситуации на Ближнем Востоке, можно отметить, что изменения в регионе способны повлиять и на Южный Кавказ. В этих условиях ведущие региональные игроки будут учитывать новые вызовы и риски. Асхаб Ан-Нур