Итак, зачем же стоики призывают представлять собственную смерть? Это может заметно увеличить наслаждение от жизни. Помимо расставания с жизнью стоики советовали воображать потерю имущества. В свободные минуты многие поглощены мыслями о том, чего хотят, но не имеют. Было бы гораздо по-лезнее, пишет Марк Аврелий, проводить это время, размышляя обо всем, что у вас есть, и о том, как бы этого могло не хватать!? Попробуйте представить, каково вам будет, если вы лишитесь собственности (в том числе дома, машины, одежды, домашних животных и банковского счета), способностей (в том числе гово-рить, слышать, ходить, дышать и глотать) и, наконец, свободы. Большинство из нас «живут мечтой» - жизнью, о которой некогда грезили. Мы могли жениться на человеке, от которого были без ума, обзавестись детьми, в которых не чаяли бы души, и любимой работой, купить автомобиль, на который давно засматривались. Но как только мы обнаруживаем, что живем жизнью мечты, из-за гедонистической адаптации она приедается. Вместо того чтобы изо дня в день радоваться выпавшей удаче, мы проводим дни в погоне за новыми, еще более изощренными мечтами. И, как следствие, никогда не бываем довольны жизнью. Негативная визуализация позволяет избежать этой участи. Гедонистическая адаптация — это психологический механизм, из-за которого человек быстро привыкает к хорошему (и плохому), возвращаясь к своему базовому уровню счастья; он не позволяет долго оставаться на пике радости, заставляя постоянно искать новые стимулы для удовольствия, как на «гедонистической беговой дорожке». Этот механизм защищает психику от перегрузки и помогает поддерживать эмоциональное равновесие, но приводит к тому, что дорогие покупки, успехи или новые впечатления перестают приносить прежнюю эйфорию.