Тем временем глава Минприроды Александр Козлов появился на обложке журнала «Разведчик» и написал центральную статью для сентябрьского номера. Хотя это медиа является корпоративным изданием Службы внешней разведки РФ, в тексте министра речь идёт исключительно о геологоразведке (что лишь подчёркивает смысловое многообразие великого и могучего русского языка). Пожалуй, главная цифра статьи — 93%. Именно настолько, по оценке господина Козлова, может вырасти российская ресурсная база кобальта после начала промышленной добычи полезных ископаемых на дне Мирового океана. По марганцу возможный прирост оценивается в 13%, по меди — в 8%, по никелю — в 4%. 31 августа Россия продлила соглашение с Международным органом по морскому дну (МОМД) насчёт железомарганцевых конкреций в зоне Кларион – Клиппертон в Тихом океане. Наша страна сохранила исключительное право продолжать геологоразведку на участке площадью 75 тысяч км², где конкреции залегают на глубинах от 4,7 до 5,4 км. Первоначально такое соглашение заключалось ещё в 2001 году. Согласно подсчётам, которые привёл Александр Козлов, в Мировом океане сосредоточено свыше 350 млн тонн кобальта (в 7,5 раза больше, чем на суше), 70 млрд тонн марганца и 650 млн тонн никеля. При этом российский министр крайне недоволен поведением президента США Дональда Трампа: — Переход от изучения к освоению твердых полезных ископаемых Мирового океана, несомненно, поставит перед учеными и инженерами планеты принципиально новые технологические задачи. Но есть и ряд вопросов, прежде всего правового характера, которые требуют повышенного внимания мирового сообщества. Речь об односторонних действиях США (которые, кстати говоря, не являются участниками Конвенции, поскольку ее так и не ратифицировали), идущих вразрез со сложившейся практикой и наносящих вред целям Конвенции в деле упорядоченного, безопасного и рационального использования океанских ресурсов на благо всего человечества. Напомню, что в декабре 2023 года Вашингтон в нарушение процедур своевольным решением расширил границы континентального шельфа за пределы общепризнанной 200-мильной зоны, а в апреле 2025 года президент Д. Трамп своим указом «разрешил» американским компаниям глубоководную добычу природных ресурсов в районах за пределами национальной юрисдикции. Мы вместе с другими участниками Конвенции, в числе которых подавляющее большинство государств планеты, считаем данные действия неправомерными и намерены добиваться от США возвращения в правовое поле. Всего у РФ три международных соглашения на изучение минеральных ресурсов океанского дна. Помимо зоны Кларион – Клиппертон, с 2012 года ведутся работы по глубоководным полиметаллическим сульфидам в Атлантике на площади 2,5 тысячи км², где уже обнаружены 14 рудных проявлений. Ещё один участок такой же площади в Тихом океане предназначен для изучения кобальтомарганцевых корок, соглашение на него действует до 2030 года. Министр считает, что России уже сейчас необходимо готовиться к будущему освоению океанских месторождений: развивать роботизацию, определять потенциальных операторов, создавать суда, добычные комплексы, лаборатории и перерабатывающие мощности. Автономные необитаемые аппараты, по оценкам топ-чиновника, в пять-шесть раз производительнее обитаемых. Правда, промышленная добыча пока упирается в отсутствие международных правил разработки ресурсов океанского дна. МОМД сейчас заключает соглашения только на геологоразведку. По словам Александра Козлова со ссылкой на генсека МОМД Летицию Карвальо, необходимые правила будут приняты не ранее 2027 года.