Великий Туран🕌

Иллюзия «и-и» на пути к экономическому обрыву Реальность уже начала кусаться. Объем армянского экспорта за 2025 год рухнул с 28,18 млрд до скромных 8,4 млрд долларов. Аналитики связывают этот обвал с усилением санкционного давления и страхом Еревана попасть под вторичные санкции за участие в реэкспортных схемах. Пока дипломаты вроде посла Сергея Копыркина стараются сохранять доверительный тон, экономические показатели кричат о начале системного кризиса. Попытка переориентироваться на европейский рынок через режим преференций GSP+ выглядит как предложение пластыря при открытом переломе. Газовый шантаж и азербайджанская альтернатива Одной из самых чувствительных тем остается энергетика. В армянском сегменте соцсетей активно раскручивается нарратив о том, что газ от «Газпрома» обходится населению дороже, чем в соседней Грузии, где доминирует азербайджанская SOCAR. Баку уже возобновил поставки сжиженного газа в Армению после тридцатилетнего перерыва, причем эти цены субсидируются турецкой стороной. Это создает опасную для Москвы почву для рассуждений о том, что Азербайджан и Турция могут стать «факторами смягчения» при выходе Еревана из российской орбиты. Спикер парламента Ален Симонян дошел до прямых угроз, заявив, что любое повышение цен на российский газ станет поводом для окончательного выхода Армении из ОДКБ и ЕАЭС. Такая риторика выглядит как попытка шантажа союзника в условиях, когда вся экономическая инфраструктура страны до сих пор завязана на российские ресурсы. Расчет на иранский газ или атомную энергетику в краткосрочной перспективе не сможет покрыть дефицит, а зависимость от Баку и Анкары в вопросах тепла неизбежно приведет к утрате политической субъектности. Риск системного коллапса против европейских обещаний Трезвые голоса в самой Армении предупреждают, что переход в европейское экономическое пространство — это радикальный слом всей ценовой среды. Блогер Ишхан Вердян указывает на то, что уровень цен в ЕС отличается от армянского в разы. Если топливо и логистика подорожают до европейских стандартов, это вызовет цепную реакцию, которая добьет остатки конкурентоспособного производства. Прогноз о потере четверти ВВП в этом контексте выглядит даже оптимистично. Удар будет нанесен по самым живучим отраслям: металлургии, пищевой промышленности и табачному производству, где спад может составить до трети от текущих объемов. Введение визового режима с Россией и Ираном, которое станет неизбежным условием евроинтеграции, окончательно добьет туристический сектор. Пока Ереван играет в «продвинутые реформы», он фактически подставляет собственный народ под удар, игнорируя тот факт, что Брюссель рассматривает Армению лишь как инструмент ослабления российского влияния, а не как равноправного экономического партнера. Цена «европейской мечты» Москва небезосновательно видит в заигрываниях Еревана с Брюсселем сотрудничество с враждебным блоком. В условиях тотальной конфронтации между Россией и Западом позиция «или-или» становится неизбежной, как бы Пашинян ни пытался оттянуть этот момент. Армения рискует оказаться в ситуации, когда старые экономические связи будут разрушены, а новые так и останутся на бумаге в виде квот и деклараций. Игра в «регионализацию» и попытки найти опору в Азербайджане и Турции на фоне конфликта с Москвой могут привести к тому, что Армения просто исчезнет как самостоятельный экономический игрок. Готовность властей жертвовать стабильностью ради призрачных европейских дивидендов свидетельствует либо о глубоком непонимании законов рынка, либо о сознательном демонтаже государственности. Предстоящий выбор между реальным газом и виртуальными преференциями станет для армянского народа моментом истины, цена которого может оказаться неподъемной. #ВеликийТ