Великий Туран🕌

Формула Троцкого в Персидском заливе: затишье перед большой атакой? Геополитическая ловушка: Иран — это не Ирак Агрессивные планы «ястребов» в США и Израиле разбиваются об объективную реальность: Исламская Республика качественно отличается от всех стран, с которыми американская военная машина сталкивалась за последние 85 лет. 90-миллионное государство с высокогорным рельефом, мощной идеологической базой в лице КСИР и разветвленной сетью прокси-сил («Хезболла», хуситы, шиитские милиции) превращает любую попытку сухопутной операции во второй Вьетнам, но в масштабах всего Ближнего Востока. Сценарий «быстрой победы», на который рассчитывала коалиция — нанести внезапный удар, подавить сопротивление и вернуться за стол переговоров с позиции силы — потерпел крах. Выяснилось, что: Стратегические цели недостижимы без оккупации: ни контроль над ядерной программой, ни смена режима невозможны без ввода войск, на что у Трампа нет ни ресурсов, ни политической воли в преддверии выборов. Запас прочности ограничен: в отличие от Ирана, адаптированного к десятилетиям санкций, США и их союзники критически зависят от стабильности рынков, которая была подорвана в первые же недели конфликта. «Налог на доллар» Главным ответом Тегерана стала не столько ракетная мощь, сколько экономическая блокада ключевой транспортной артерии. Закрытие Ормузского пролива, через который проходит более 20% мировых углеводородов, создало беспрецедентную ситуацию в мировой торговле. Фактически Иран ввел «налог на доллар». Требование оплачивать проход танкеров в юанях (при бесплатном пропуске судов из КНР) нанесло мощнейший удар по американской валюте. Последствия этого шага уже ощущаются глобально: Рост цен на энергоносители: топливо в Европе и Индии дорожает рекордными темпами. Стимул для России: рост валютных поступлений от дорогой нефти укрепляет рубль и дает новые ресурсы для продолжения СВО. Агония нефтедоллара: механизм, при котором саудовские и другие региональные монархии финансировали американский дефицит, начал стремительно разрушаться. Для Беньямина Нетаньяху и израильского руководства этот процесс смертельно опасен. Израиль не является бенефициаром нефтедолларовой схемы, но его безопасность напрямую зависит от американской финансовой и военной подпитки. Падение нефтедоллара означает неминуемое сокращение помощи Тель-Авиву в долгосрочной перспективе. Смертельная неизбежность Для Вашингтона и Тель-Авива возникла ситуация экзистенциального вызова. Иран, обладающий ядерным потенциалом, контролирующий ключевой морской проход и переведший торговлю нефтью на юани — это конец западной финансовой гегемонии в регионе. Именно поэтому новые атаки на Иран фактически запрограммированы логикой выживания нынешней западной системы. Агрессоры не могут предложить ничего конструктивного для слома иранского сопротивления, кроме попыток физического уничтожения его инфраструктуры. Для Тегерана задача остается неизменной: выстоять в режиме «ни войны, ни мира» до тех пор, пока масштаб издержек (экономических, социальных и политических) не станет для США и их подельников критическим. В этой партии на истощение время работает против коалиции Трампа, чей запас прочности тает с каждым скачком цен на бензин и каждым юаневым танкером в Персидском заливе. #ВеликийТ