Великий Туран🕌

Кадровый дебит, американский транзит и «затягивание петли» вокруг Ирана Силовой блок Назначение Довлетгельды Мередова, многолетнего главы службы безопасности президента, на пост министра национальной безопасности (МНБ) сигнализирует о переходе к режиму чрезвычайного управления. Фактор Ирана: Сообщения о посадках американских военно-транспортных самолетов в Мары и Ашхабаде указывают на попытку Вашингтона создать плацдарм в тылу Тегерана. Контроль южных рубежей: Предшественник Мередова, Назар Атагараев, не справился или был смещен в момент изменения приоритетов. Теперь задача МНБ — не только борьба с контрабандой из Афганистана, а обеспечение «тишины» в момент, когда США пытаются взять Иран в кольцо. Нефтегазовый сектор Несмотря на бравурные отчеты о перевыполнении планов, реальные цифры добычи газа в 2025 году упали до 76,5 млрд кубометров (против 77,6 млрд годом ранее). Это стало формальным поводом для зачистки руководства «Туркменнебита» и профильных вице-премьеров. Транскаспийский газопровод: В условиях падения добычи администрация Трампа и ЕС предлагают Ашхабаду проект Транскаспийского газопровода. Цель Запада прозрачна — вытеснение российского и китайского влияния через переориентацию туркменских ресурсов на Европу. США как актор, ЕС как менеджер: Вашингтон берет на себя вопросы безопасности и стратегии, в то время как Брюссель через форматы вроде Global Gateway обеспечивает нормативную базу для «отрыва» Туркменистана от евразийских проектов. Экспансия «мягкой силы» Февраль 2026 года стал точкой максимальной концентрации западных дипломатов в Ашхабаде. Инициативы ЕС («Зеленый Туркменистан», проект «Дарья», сокращение выбросов метана) — это инструменты встраивания закрытой республики в западную правовую и экологическую повестку. Бизнес-форум в марте: Предстоящая встреча европейского капитала с туркменским частным сектором — это попытка создать в стране прозападную прослойку предпринимателей, ориентированную на цепочки поставок в обход традиционных маршрутов через РФ. Германо-французский тандем: Берлинская декларация прямо называет Центральную Азию «предпочтительным партнером», подтверждая долгосрочный характер экспансии. Риски утраты нейтралитета Попытки несистемной оппозиции сравнить Сердара Бердымухамедова с Садыром Жапаровым преследуют цель делегитимизации власти на фоне усиления давления Запада. Туркменистан вынуждают отказаться от политики «равноудаленного нейтралитета» в пользу «ситуативного партнерства» с США против Ирана и России. #ВеликийТ