Календарик НеМосквы В Петербурге умер 59-летний Александр Воейков. Поэт, переводчик, журналист и издатель. Автор «Дома сумасшедших» — памфлета про литераторов и крупных чиновников своего времени. Я, как дьявол, ненавижу Бога, ближних и царя; Зло им сделать — сплю и вижу В честь Христова алтаря! Я за деньги — христианин. Я за орден — мартинист, Я за землю — мусульманин, За аренду — атеист! Родился в Москве в 1779. Происходил из старинного дворянского рода. Брак его родителей стал одним из самых громких брачных скандалов второй половины XVIII века, дойдя до суда Тайной экспедиции Сената и самой Екатерины II. Мать происходила из знатного и влиятельного рода, но после свадьбы отец-тиран (царский офицер) применял к ней насилие, отобрал все имущество и запер в имении. Но суд признал ее жалобы клеветой и отправил в ссылку, где она пробыла до 1796 (ее освободил Павел I). Александр был одним из шестерых детей. Учился в Московском университетском благородном пансионе — там сблизился с Жуковским и братьями Тургеневыми, которые в будущем будут помогать ему продвигаться по службе С 1789 числился на военной службе вахмистром, позже — корнетом. В 1801, в 22, вышел в отставку. В Отечественной войне 1812 года участвовал в ополчении. Первое стихотворение — «Сатира к Сперанскому. Об истинном благородстве» — было напечатано еще в 1806. Не могу я вытерпеть никак, Чтобы воспитанный французами дурак, Чужим достоинством бесстыдно украшался И предков титлами пред светом величался Прославился как автор памфлета «Дом сумасшедших», который принес ему славу язвительного и беспощадного сатирика. Писал его почти четверть века, с 1814 по 1838. В нем изобразил всех известных литераторов, позже — и крупных чиновников — своего времени. Год от года добавлял новые строфы с новыми «пациентами». Вот Картузов [Кутузов] — Он зубами Бюст грызет Карамзина <> Но напрасно мрамор гложет, Только время тратит в том: Он вредить ему не может В основе сюжета — визит автора в приснившийся ему «желтый дом», в котором сидят поэты, писатели и политические журналисты — Воейков наделяет их меткими и часто злыми характеристиками. «Ты ль, Хлыстов? — к нему вошедши, Вскрикнул я. — Тебе ль здесь быть? Ты дурак, не сумасшедший, Не с чего тебе сходить!» В конце концов рассказчик сам попадает в дом сумасшедших и просыпается. Ни зубами, ни пером Я дрожащими шагами Через залу перешел И увидел над дверями Очень четко: «Сей отдел Прозаистам и поэтам, Журналистам, автора́м; Не по чину, не по летам Здесь места — по нумерам» Выслушав, я ужаснулся, Хлад по жилам пробежал, И, проснувшись, не очнулся, И не верил сам, что спал. Други, вашего совету! Без него я не решусь; Не писать — не жить поэту, А писать начать — боюсь! Памфлет был запрещен цензурой и распространялся в рукописи. Первое полное отдельное издание вышло уже после смерти автора — в 1858. Был членом литературного кружка общества «Арзамас», сочинил пародийный «Парнасский Адрес-календарь» о современной ему литературной иерархии (при жизни не публиковался). После Отечественной войны работал профессором русской словесности в Дерптском университете, имел степень доктора философии. Переводил Вольтера и Вергилия. В 1820 из-за долгов переехал с семьей Петербург. Редактировал журнал «Сын отечества», «Русский инвалид» и «Славянин». Преподавал в Артиллерийском училище, совмещая это с должностью чиновника особых поручений в департаменте духовных дел. Современники описывали его как человека с неуравновешенным характером, отличавшегося насилием по отношению к семье, доносами на коллег в университете. Был, по их словам, честолюбивым, хитрым и лицемерным. Был декабристом и членом «Союза благоденствия» — по решению императора, его дело оставили без внимания.