Сын погибшего военнослужащего добивается положенных выплат: суд указал на ошибку при их распределении В июле 2025 года при исполнении обязанностей военной службы в ходе СВО погиб 38-летний житель Никольска. У мужчины остался сын, однако официально отцовство на тот момент оформлено не было: родители подростка жили без регистрации брака, а в свидетельстве о рождении в графе «отец» стоял прочерк. После гибели военнослужащего его мать обратилась за страховой выплатой и единовременным пособием. В сентябре 2025 года необходимые суммы были выплачены. Тем временем мать подростка обратилась в суд и добилась установления факта отцовства. После этого она подала документы на получение положенной сыну доли выплат. Однако в феврале 2026 года женщина получила ответ: деньги ребенку выплатят только после того, как мать погибшего военнослужащего вернет часть ранее полученных средств. Женщине рекомендовали обратиться в суд. Она так и сделала, потребовав взыскать с бабушки ребенка деньги как неосновательное обогащение. Но Никольский районный суд пришел к другому выводу. Суд подтвердил, что подросток является сыном погибшего военнослужащего и имеет законное право на предусмотренные меры социальной поддержки. При этом, как установил суд, СОГАЗ и Министерство обороны знали о судебном разбирательстве по установлению отцовства и были привлечены к нему в качестве третьих лиц. Более того, еще в августе 2025 года суд применил обеспечительные меры и приостановил выплаты в связи с гибелью военнослужащего. Несмотря на это, выплаты другим членам семьи были произведены без учета возможного появления еще одного получателя — несовершеннолетнего сына погибшего. В результате суд отказал женщине во взыскании денег с матери военнослужащего, поскольку иск был предъявлен к ненадлежащему ответчику. Фактически суд указал, что нарушение права ребенка на получение положенных ему выплат возникло не по вине его бабушки.