Давеча интернеты содрогнулись от ужасной истории. Сотрудница магазина одежды не пришла на работу из-за смерти дедушки, а ее работодатель настойчиво настаивал на том, чтобы она на работу таки пришла. Девушка выложила переписку в соцсети, а ширнармассы выразили ей всяческую поддержку. Перамога. Но сделаем два шага назад и увидим картину целиком. Печальная правда состоит в том, что пострадавшая девочка совершила социальное самоубийство, и мало какой работодатель, узнав про эту историю, решится с ней сотрудничать. Девочка решила, что имеет право выложить в открытый доступ личную переписку из-за того, что посчитала эту переписку некорректной (в данном случае неважно, обоснованно ли) – и теперь ее потенциальный начальник понимает, что в случае, если она посчитает его поведение некорректным, она может поступить так же. Он может считать ее бывших работодателей сколь угодно плохими, но не захочет связываться с человеком, который, посчитав плохим его, может слить его личную информацию и объявить ему кэнсел-войну. И это учит нас столь многому. Ради чувства собственной правоты, поддержки и отмщенности длительностью в несколько дней девочка пожертвовала своей карьерой (как минимум, очень сильно ей навредила). То, что показалось ей бесконечно важным в моменте, – абсолютно не бесконечное, а кратковременное и вообще иллюзорное (вся эта поддержка – лишь буквы в интернете). А последствия у этого – долговременны и более чем реальны. Испытываемый триумф превратится в затяжное падение, и, что самое ужасное, девочка, вероятно, даже не поймет связи между этими событиями, как многочисленные зазомбированные незалежностью граждане так и не поняли, что за короткую эйфорию от чувства собственного превосходства западные партнеры обязывают их расплачиваться благополучием, а всё больше – и самой жизнью. Мне кажется, нам стоило бы использовать случай этой уничтожающей свое будущее девочки, чтобы задаться вопросом: а не покупаю ли я сегодня нечто, выглядящее очень настоящим (например, покой от возможности отложить нечто, что давно себе задолжал), но на деле являющееся иллюзорным, отдавая взамен что-то более чем реальное. Так выпьем же по стакану любимого полезного напитка за то, чтобы расплачиваться иллюзиями за реальное благо, а никак не наоборот.