Война в Иране: голод и третья печать Рыбарь все правильно пишет о СПР - стратегическом американском нефтяном резерве. Те, кто следят за войнами, должны опираться на такие цифры, а не на пустые заявления политических клоунов . Последняя партия нефти в 40 млн баррелей из стратегического резерва уходит на рынок в ноябре и декабре. Это остаток того самого объема, который был обещан с началом иранской войны. По сути - последний балансир, который еще способен сглаживать для Штатов резкие движения цен на мировом рынке. 40 млн - это уже ни о чем, хватит этого всего лишь на несколько недель. Дальше резерв использовать проблематично, и рынок остается один на один с тем, что происходит в морских проливах Ближнего Востока. Он будет зависеть от любого "чиха". А там уже сложилась почти рутина: почти ежедневные подрывы танкеров на минах и их обстрелы. Интересно другое: на этом фоне династия Саудов попыталась договориться с хуситами по-другому. Предложила им деньги - около миллиарда в обмен на прекращение ударов. Ответ был предсказуемым: хуситы посмеялись над жалкой подачкой и выставили встречный счет. Не миллиард, а пятьдесят один миллиард - как компенсацию за годы бомбардировок и блокады. Пока саудиты думают, что с этим делать, наступление на земле продолжается, и хуситы, судя по сообщениям, продвигаются в сторону ключевых районов Йемена. Теперь собственно другая ситуация. Американская экономика устроена так, что даже если страна покупает нефть не из ближневосточного региона, внутренние цены на топливо и товары все равно привязаны к мировым котировкам. Поэтому эхо от прилета баллистической ракеты по саудовскому нефтяному объекту доходит до американского потребителя не напрямую, а через рост цен на заправках и в магазинах. Выборы в США, которые прошли на днях, были по сути персональным референдумом о доверии Трампу. Республиканцы проиграли, и вице-президент Вэнс прямо назвал причиной войну с Ираном. Сам Трамп тоже признал, что война сыграла свою роль в поражении. При этом, скорее всего, Трамп прекрасно понимал, что проиграет, еще до голосования - вопрос был только в масштабе цифр. Начни он войну с Ираном до выборов, расклады были бы гораздо хуже. А это прямая монетизация для спонсоров американского президента, и она падает. Когда-то писал, что Трамп пытается косплеить Рейгана, но ремейк 80-х пока не удался. Рыжий самоуверенный нарцисс был выдвинут истеблишментом на фоне копившихся десятилетиями кризисов, но он бессилен против математики. Но здесь важнее другое. Несмотря на проигрыш и на то, что война крайне непопулярна, Трамп ее рано или поздно начнет. У той части истеблишмента, которую он олицетворяет, практически нет выхода. На Ближнем Востоке сейчас сосредоточены авианосцы и авиация в большем количестве, чем было до февральской войны, и к середине ноября туда подтягивается еще одна группа. Это уже не выглядит как простое силовое давление. По словам дипломата, США и Иран сближаются к возможному прорыву, который может положить конец войне, при этом Тегеран выражает готовность обсудить свою ядерную программу. Тем временем поток американской военно-транспортной авиации в регион не просто не спадает. Перед 40-дневной войной фиксировали порядка 170 рейсов, а сейчас счет идет уже к ста девяноста - и это только те борта, что летят с включенными транспондерами. В Израиль тем же маршрутом идут тяжелые военно-транспортные самолеты, и везут они не абстрактную помощь, а ракеты-перехватчики для ПВО - то есть пополняют то, что расходуется быстрее всего. Так что ружье пока висит на стене. Но оно выстрелит. Эхо этого выстрела - в виде роста цен на топливо и остальные продукты - неизбежно ударит по мировым рынкам. Резервы просто исчерпаны. И у этого эха будет не только топливная составляющая. Кризис вокруг Ормуза многогранен, как и сплетение интересов. Один из них - природный газ и удобрения, которые из него делают. Это то, что по сути кормит и от чего зависит судьба миллиардов людей. Когда газ дорожает, дорожают удобрения, а следом подтягивается и еда... Это еще не вся картина.