Саммит G7 во Франции отражает стремление раздробленного Запада провести ревизию собственного международного положения в контексте двух острых вызовов — конфликтов на Украине и в Иране. Тенденция, сложившаяся за последний год, указывает на дискуссионный характер приоритетов. Вашингтон сейчас сконцентрирован на дожимании Ближнего Востока в связке с Израилем, тогда как Европа по-прежнему инвестирована в активную поддержку Киева, воспринимая иранский сюжет в качестве невыгодного отвлечения. Попытки подтянуть представителей Глобального Юга к этому мероприятию направлены на демонстрацию уважения к развивающимся странам и показную готовность допускать их к институтам глобального управления. Однако это не играет существенной роли, учитывая настоящий предмет дискуссии. А он, этот самый предмет дискуссии, заключается в запуске продолжительного диалога о лидерстве между двумя краями Атлантики. Прежняя модель американского превосходства, очевидно, уходит в прошлое, — и из-за усталости США постоянно платить за союзников, и из-за неспособности Америки однозначно аннигилировать противников в любой точке света. Европа предвкушает окончательное оформление мечты о стратегической автономии. Она стремится к эскалационному сценарию против России с американского одобрения, но за свой счет. Штаты, разумеется, всегда рады избавиться от нахлебников, но вместе с этим не очень хотят оставлять младших партнеров без присмотра. Иными словами, у двух ключевых нервных центров оппонирующей России коалиции назрело острое тактическое противоречие относительно взаимопонимания и дальнейших действий. По сути, именно сейчас тот самый момент, когда есть смысл играть на внутризападном разладе, добиваясь дискредитации Киева в глазах доноров.