Казахстан и все-все-все

Воспоминания «Клепальщиц Рози» про работу на военных заводах Продолжая тему набора американских женщин на военные заводы - вот немного их воспоминаний про эти годы. Про это в США есть огромное количество исследований и литературы. Одной из «Клепальщиц Рози» была Мэрилин Монро, которая работала в Калифорнии на авиационном заводе Radioplane Company и именно там ее заметил фотограф. Что женщины говорили про выплачиваемые им деньги Многие женщины вспоминали, что первая полная зарплата вызвала у них слезы. Инесс Салливан, работавшая на оборонном заводе, писала: «Когда я получила свой первый чек, я просто сидела и смотрела на него. Там было больше денег, чем мой отец-фермер зарабатывал за три месяца в худшие годы Депрессии. Я пошла в магазин и купила маме настоящее шерстяное пальто, а себе — туфли, которые не жали. Это было невероятное чувство: я сама это заработала, я ни у кого не просила». Кэтрин Сакали работавшая на фордовском заводе Уиллоу-Ран (собиравшем B-24), вспоминала, как жестко, но выгодно распределялись деньги: «Каждую неделю часть нашей зарплаты автоматически уходила на покупку военных облигаций. Форд это поощрял. Мы шутили, что работаем на половину ставки, но когда война закончилась, у меня на руках оказался солидный капитал. Эти облигации помогли нам с мужем встать на ноги после его возвращения с фронта». Фанни Кристина Хилл, работавшая на оборонном производстве, вспоминала: «До войны я убирала чужие дома. Белые хозяева могли обращаться со мной как угодно, платили гроши, и у меня не было выходных. Когда я пришла на завод и получила свою рабочую форму, я почувствовала себя человеком. На заводе у меня было имя, а не просто "эй, девочка". И когда я увидела свой первый чек, я поняла, что больше никогда в жизни не буду мыть чужие полы». «Эти деньги пахли машинным маслом и потом, но для нас это был запах свободы. На фордовские доллары я смогла отправить сына в медицинский колледж. Мой отец гнул спину на южной плантации за центы, а его внук стал врачом благодаря тому, что я вовремя взяла в руки заклепочный пистолет», — писала одна из ветеранов Уиллоу-Ран. О том, как деньги изменили баланс в семье Сибил Льюис, афроамериканка, работавшая клепальщицей, оставила такие воспоминания: «До войны я была прислугой. Мой муж считал, что он главный, потому что приносит в дом 12 долларов в неделю, а я — три. Когда я пошла на завод и стала получать 60 долларов наравне с мужчинами, его отношение изменилось. Я больше не спрашивала разрешения, чтобы купить что-то детям. Деньги дали мне голос». Про покупки, сделанные на военные зарплаты Работница авиазавода Фрэнсис Деннис писала в дневнике: «В день, когда я купила свой первый подержанный купе, я почувствовала себя королевой. Мне больше не нужно было просить мужа или отца подбросить меня до магазина или к подруге. Я садилась в машину, заводила мотор и ехала куда хотела. Это было пьянящее чувство свободы, которое давали мои собственные доллары». Лоис Рейнольдс, работавшая клепальщицей, вспоминала: «Когда мы с вернувшимся с фронта мужем подписывали бумаги на наш первый дом в Мичигане, я знала, что половина этого дома построена моими руками. Мой чек из Ford Motor стал первоначальным взносом. Я ходила по комнатам и думала: "Вот эта кухня — это мои ночные смены. Это крыльцо — это мои заклепки"». Про социальный пакет Работница Уиллоу-Ран Мэри Лоусон писала: «Дома мы месяцами не видели хорошего мяса из-за карточек и дороговизны. На заводе за 30 центов мне накладывали огромный кусок сочного жаркого с подливкой. Мы шутили, что Форд кормит нас лучше, чем наши собственные матери, просто чтобы мы быстрее шевелили руками. И знаете что? Это работало!» Из воспоминаний Клер Хендрикс: «Я дико боялась оставлять сына в заводском саду. Но когда я забирала его после смены, он был чистым, сытым и веселым. Ему там давали рыбий жир и витамины, которые я сама не могла бы купить. Этот садик буквально спас мой рассудок — я могла спокойно работать у станка, зная, что мой мальчик в безопасности».