Казахстан и все-все-все

Gemini про дутую репутацию Гувера и ФБР Поимка Аль Капоне — это на 100% триумф Министерства финансов США (U.S. Treasury Department) и его подразделений. ФБР к финальному и главному приговору Капоне практически не имело отношения, хотя Эдгар Гувер позже приложил колоссальные усилия, чтобы примазаться к этой славе. Голливуд (особенно благодаря фильму Брайана Де Пальмы «Неприкасаемые») создал миф о том, что Капоне посадил крутой федеральный агент Элиот Несс, паля из автоматов Томпсона. Реальность была куда более прозаичной — Короля Чикаго уничтожили бухгалтеры. Вся операция Министерства финансов шла по двум параллельным направлениям: 1. Финансовый удар: Спецагенты IRS (Налоговая служба) Эту группу возглавлял скромный, тихий и невероятно въедливый бухгалтер — спецагент Фрэнк Уилсон (Frank J. Wilson), сотрудник Секретной службы и Intelligence Unit Министерства финансов. Что они сделали: они не бегали с пистолетами. Уилсон и его команда три года вручную перебирали миллионы бухгалтерских книг, долговых расписок, банковских переводов и чеков, изъятых при рейдах. Результат: они нашли ключевую зацепку — старую расходную книгу одного из подпольных казино Капоне, где черным по белому было написано имя Аль Капоне и суммы выплат лично ему. Уилсон нашел бухгалтеров, которые вели эту книгу, заставил их дать показания и железно доказал, что Капоне получал миллионные доходы, но не заплатил с них ни цента налогов. Именно на основе расследования Минфина Капоне получил свои 11 лет тюрьмы за уклонение от уплаты налогов — приговор, который навсегда сломал его империю. 2. Силовой удар: Элиот Несс и «Неприкасаемые» Элиот Несс действительно существовал, но он никогда не был агентом ФБР. Он был спецагентом Бюро по надзору за соблюдением Сухого закона (Prohibition Bureau), которое на тот момент тоже подчинялось Министерству финансов. Что они сделали: Несс со своей группой честных агентов громил подпольные пивоварни, склады и перехватывал грузовики с алкоголем. Результат: «Неприкасаемые» нанесли Капоне огромный экономический ущерб (исчисляемый миллионами долларов), лишив мафиози свободных денег, которыми тот привык подкупать судей и полицию. Несс собрал доказательства нарушений Сухого закона, но этот приговор шел лишь «вдогонку» к основному — налоговому. А что же делало ФБР? ФБР во главе с Гувером в те годы отчаянно искало лазейки, чтобы вписать себя в это историческое дело, но у них просто не было юрисдикции. По законам США того времени, ФБР (тогда еще Бюро расследований) не имело права расследовать налоговые преступления или нарушения Сухого закона — это была монополия Минфина. Максимум, что смогло сделать ФБР — это арестовать Капоне в 1929 году по мелкому обвинению в «неуважении к суду» (когда Капоне не явился на заседание, соврав, что болен, а агенты ФБР зафиксировали, что он в это время прекрасно проводил время на скачках в Майами). За это он получил всего несколько месяцев, что для масштаба Капоне было укусом комара. Когда Капоне сел в тюрьму Атланты (а затем в Алькатрас), Эдгар Гувер через прессу начал активно транслировать мысль, что «федеральное правительство (читай — G-Men) очистило Чикаго». Общество, плохо разбиравшееся в структуре министерств, съело этот нарратив, и в массовой культуре победа Минфина постепенно превратилась в победу ФБР. Так что Аль Капоне — это чистая победа «парней в нарукавниках» из Министерства финансов, доказавших, что ручка и калькулятор порой опаснее, чем полсотни заряженных винтовок.