Итак, дорогие подписчики, сегодня разбираем заявление депутата Журавлёва о защите дата-центров. Погнали. Фото: Сергей Карпухин/ ТАСС Комментируя ситуацию с дата-центром «Яндекса», Журавлёв заявил, что защита зависит в том числе от собственника, а российскому бизнесу давно разрешили выстроить собственную систему противовоздушной безопасности, «в том числе — и вооружить её». Заодно посетовал на отсутствие антидроновых сетей и наблюдательных отрядов. Здесь важно не смешивать обязанности собственника по защите объекта с государственной функцией обороны. Часть 3 статьи 4 Конституции РФ устанавливает: Российская Федерация обеспечивает целостность и неприкосновенность своей территории. Оборона и безопасность находятся в федеральном ведении. А пункт 2 статьи 10 Закона «Об обороне» прямо относит отражение агрессии и вооружённую защиту территории России к предназначению Вооружённых сил. Участие бизнеса в защите объектов эту государственную функцию не отменяет. Что касается «разрешили вооружить»: механизм закупки бизнесом крупнокалиберного вооружения предусматривает его передачу на баланс воинских частей. Речь идёт об оснащении подразделений под управлением Минобороны, а не об общем разрешении компаниям создавать собственную боевую ПВО. При этом утверждать, что бизнес вообще ничего не может и не должен делать для защиты объектов, тоже неправильно. Закон предусматривает обязанности организаций в области обороны, а частным охранникам при определённых условиях разрешает противодействовать беспилотникам. Сети, охрана, средства противодействия дронам и войсковая ПВО — разные вещи. Ссылка на критическую информационную инфраструктуру вопрос также не решает. Закон № 187-ФЗ устанавливает обязанности по обеспечению безопасности КИИ и реагированию на компьютерные атаки, но не обязывает владельца организовать войсковую противовоздушную оборону. Другие требования к защищённости объекта необходимо рассматривать отдельно. Очень хочется, чтобы депутаты Государственной Думы выражались профессиональнее и четче. Какие именно средства компания вправе приобретать? Кто вправе их применять? Что она обязана делать по закону, а что ей лишь разрешено? И на каком основании сделан вывод, что у неё нет вообще никаких защитных средств? В опубликованной цитате ответы на эти вопросы не приведены. Критиковать собственника за конкретное неисполнение конкретной обязанности, в целом, нормально. Смешивать защитные сети, охрану и вооружённые подразделения в одну кучу — гораздо удобнее для громкого заявления, но гораздо хуже дела. Также аккуратно зададимся вопросом: суверенный защищенный интернет, как выяснялось, является весьма уязвимой для физических атак трехкопеечным дроном вещью. Не стоит ли задуматься о возвращении к нормальному взаимодействию с международной сетью, хотя бы для большой устойчивости всей системы? Может быть направить 60 миллиардов рублей не на очередные блокировки в интернете, а на физическую защиту критической информационной инфраструктуры и не вспоминать при этом анекдот «Нет, сынок, это ты будешь меньше есть»? @zlawyers