ГазМяс

Вектор развития: не тонны, а мощность, передел и новые компетенции Логика выхода из сырьевого тупика — уходить от модели, при которой регион продаёт преимущественно сырьё, а основная добавленная стоимость возникает за его пределами. Уголь должен становиться базой для собственной энергетики, промышленности и переработки. Второе: развивать современную генерацию. Не устаревшие угольные ТЭЦ, а эффективная и экологически контролируемая энергетика, достигаемая через модернизацию энерго-объектов, обновление коммунальной инфраструктуры. Это важно не только для промышленности, но и для качества жизни в шахтёрских городах. Третье: дешёвая и предсказуемая мощность может стать конкурентным преимуществом для энергоёмких производств, включая цифровую инфраструктуру — центры обработки данных, облачные мощности, сервисы хранения и обработки информации. ЦОДы не заменят угольную отрасль по занятости, но могут стать частью новой специализации региона. Четвёртое: диверсификация логистики, чтобы настроить гарантированный вывоз угля на восток и снизить зависимость экономики от экспорта сырья. Чем выше степень переработки продукта, тем меньше регион зависит от перевозки огромных объёмов с низкой маржой. ▪️Что уже делает регион: линия Середюка При губернаторе Кемеровской области Илье Середюке кризис угольной отрасли был публично зафиксирован как системная проблема, требующая не только отраслевой поддержки, но и пересборки региональной экономики. Из уже обозначенных направлений можно выделить несколько. Первое — вынос угольной проблемы на федеральный уровень. Регион добивается мер поддержки отрасли: отсрочек по налогам и страховым платежам, настройки экспортных пошлин, обсуждения тарифов РЖД, гарантированных объёмов вывоза на восточном направлении. Такие меры не решают проблемы в целом, но позволяют избежать резкого обвала занятости и банкротств. Второе — дальнейшая реализация стратегии развития Кузбасса до 2035 г., главная цель которой озвучена губернатором: Нам нужно не просто сохранить добычу угля, а развивать его глубокую переработку, углехимию и смежные отрасли. Третье — акцент на глубокой переработке угля и углехимии. Продавать не только энергетический или коксующийся уголь, а развивать продукты с большей добавленной стоимостью — сорбенты, углеродные материалы, компоненты для металлургии и промышленности. Четвёртое — идея чистой угольной генерации для цифровой инфраструктуры. Илья Середюк публично говорит о возможности строить в Кузбассе современные экологичные ТЭЦ, которые будут обеспечивать не только электроэнергией ЦОДы и цифровые мощности, но и теплом - дома и соцобъекты. Здесь уголь выступает не только как экспортный товар, а как основа для внутренней энергоёмкой экономики. Пятое — развитие промплощадок, кластеров и территорий с преференциальными режимами. Для Кузбасса это принципиально: для диверсификации нужны кадры, налоговые условия, гарантированный спрос. ▪️Точка роста, а не сырьевой донор Кузбасс нельзя «закрыть» без тяжёлых социальных и бюджетных последствий. Плюс регион остаётся важной отраслью российской экономики, незаменимым сырьём для металлургии и энергетики. И нельзя продолжать жить в ожидании, что угольная рента сама вернётся к уровню прошлых лет. История региона (и других угольных территорий) уже показывала: кризисы в угольной отрасли повторяются, а ставка только на добычу делает область уязвимой перед внешними ценами, тарифами и политикой покупателей. Поэтому стратегия должна быть двойной. В коротком горизонте — поддержка действующих предприятий, занятости, безопасности шахт, вывоза продукции и бюджетной устойчивости. В длинном горизонте — уход от моноотраслевой зависимости: энергетика, глубокая переработка, углехимия, металлургия, новые материалы, цифровая инфраструктура, модернизация городов. Главный вывод: Кузбассу нужен не отказ от угля как такового, а отказ от угля как единственной экономической судьбы. Если уголь станет ресурсом для промышленной и энергетической трансформации, регион может выйти из кризиса не зоной сжатия, а новой точкой роста Сибири. Начало здесь @mcrepostenergy