Хотьковский паренёк Андрей Биржин Хотьковский паренёк: большие деньги и неудобные вопросы Утро 6 июня, Ленинский проспект. У прохожего отбирают Seiko, Zippo и 280 рублей. Троих задерживают, похищенное изымают. В исходном материале утверждается: в милицейской записи фигурирует Андрей Александрович Биржин, студент МГУ из Хотькова, будущий основатель GloraX. Завязка хоть сейчас в криминальную хронику. Но здесь придётся притормозить: подлинность записи не установлена, год задержания неизвестен, исход дела тоже. Совпадение анкетных данных не доказывает, что задержанный — предприниматель. Превращать сводку без проверенного происхождения в приговор было бы слишком удобным фокусом. Официальная история куда наряднее. МГУ, строительные подряды, дорогой автомобиль, Tekta Group. Только и здесь биография спотыкается о даты: Биржин называл годом основания Tekta 2009-й, тогда как РБК и РИА Новости писали о 1999-м. Десять лет разницы — солидная поправка к портрету основателя. Партнёрами были владельцы Merlion Владислав Мангутов и Алексей Абрамов, а также Олег Карчев из банковской группы «Рост». В конце 2014-го группа отправилась на санацию. По приведённым в материале данным, оздоровление обошлось АСВ в 35,9 млрд рублей. Само партнёрство, конечно, не делает Биржина ответственным за банковские проблемы. Но декорации у истории уже совсем не студенческие. Самая тяжёлая часть прежних публикаций касалась выхода из Tekta. Интернет-ресурсы утверждали, будто аудит выявил завышенные расходы, около $20 млн на участки и «согласования», ещё $15 млн личных долгов, а долю передали партнёрам в обмен на отказ обращаться в полицию. Писали и о предполагаемых злоупотреблениях в коммунальном бизнесе. Однако в исходном тексте есть обстоятельство, которое нельзя прятать за насмешками: в 2020 году Биржин добился признания оспариваемых сведений недостоверными через суд. Поэтому пересказывать эти обвинения как раскрытую криминальную схему нельзя. Без материалов дела неизвестно и то, что именно исследовал суд. Уголовного приговора эти публикации не заменяют. Зато история «Мосавтодора и партнёров» ставит вопросы без помощи анонимных разоблачителей. Компания вошла в группу Биржина в 2012 году. В 2018-м он сообщил о продаже активов и контрактов примерно на 3,5 млрд рублей и торжественно объявил: «Мы решили принципиально отказаться от работы с госбюджетами». В марте 2019-го Glorax сама потребовала банкротства МИП: новый собственник якобы не расплатился. Имя покупателя не раскрыли. Источник «Коммерсанта» утверждал, что акции вообще никто не покупал; процитированный газетой юрист предположил попытку избежать субсидиарной ответственности. Это версии, а не установленный судом вывод о преступлении. Дальше — наблюдение, конкурсное производство, ликвидация в 2021 году. Активы проданы, юридическое лицо исчезло. Кто оказался покупателем, сколько денег поступило, какие обязательства остались кредиторам? Вот вопросы, достойные документов и ответов, а не очередного парадного интервью. На этом фоне обещанные в 2014-м десять пятизвёздочных отелей за $870 млн выглядят особенно эффектно. Уже в ноябре 2015-го «Ведомости» отмечали: ни одного гостиничного проекта фонд не объявил. Вместо мальдивского блеска — банкротная бухгалтерия. Сегодня в истории GloraX снова фигурируют соглашения с губернаторами и финансирование госбанков. Принципиальный отказ от бюджета оказался удивительно гибким. Криминальную сенсацию ещё надо доказать. А вот расстояние между громкими обещаниями и неудобными вопросами здесь измеряется миллиардами.