Недавно разговаривал с друзьями на тему отношения к вещам, сумасшедшему желанию обладать той или иной (допустим) сумкой, но не как элементом гардероба, а как реликвией и меня эта тенденция сильно смущает, скажу вам. Если посмотреть архивы Galliano для Dior начала нулевых: мятый шелк, бельевые платья, перекошенные драпировки, потекший макияж, мех, эстетика «после вечеринки». Мода тогда вообще не боялась выглядеть испорченной. То же самое у раннего Николя Жескьера: вытянутые силуэты, тонкий трикотаж, кожа, сложные асимметрии и героини, которые выглядели не роскошно, а будто у них слишком сложная жизнь. Именно поэтому Кейт Мосс, Сиенна Миллер или сестры Олсен до сих пор выглядят современно. Их стиль строился не на идеальности, а на характере и ощущении вечной усталости большого города (которую мы все ощущаем) И после затяжного эпизода игры в quiet luxury, возвращение к этой «грязной» эстетике снова кажется важным. Слишком долго мода пыталась быть стерильной с этим чистым стайлингом и отсутствием случайности. На первое место в моде встал не герой с его характером, а количество модных айтемов, которыми он обладает А гламур всегда был про другое, про следы жизни на одежде, эмоциональность образа и манкую красоту. Мне этого сейчас очень не хватает