Дисциплинарная власть и паноптизм В культовой работе «Надзирать и наказывать» Фуко описывает переход от власти суверена (публичные казни) к дисциплинарной власти. Дисциплина, по Фуко, — это власть, которая работает через муштру, тренировку, надзор и контроль над телом. Никакого наказания, а лишь сплошные «послушные тела». Армия, школа, тюрьма, фабрика, больница и т.п. — это вот всё оно. Например, организация госпиталя как «аппарата осмотра» сформировала медицину как деятельность с объектами (пациентами, их телами), которые постоянно «открыты для осмотра». А дисциплинарное пространство фабрики, например, распределяет тела вокруг машин, задаёт ритм, устанавливает иерархию надзора. Ну и классический дисциплинарный институт — тюрьма. Там принципы изоляции, надзора, распорядка и исправления достигают наиболее концентрированной формы. Тюрьма в итоге становится моделью, по которой Фуко анализирует всё дисциплинарное общество. Соответствующие мемы мы все помним. Используя модель тюрьмы Иеремии Бентама (Паноптикон) как метафору современного общества: Паноптикон построен так хитро, что заключённые не знают, наблюдают за ними или нет, поэтому вынуждены постоянно контролировать себя. Такие (ну не совсем такие, но похожие) даже реально строили. Но тут Фуко идёт ещё дальше и пишет практически следующее — ю общество ныне такое, что то, что индивид берёт на себя роль одновременно и тюремщика, и заключённого. Такой вот Стэнфордский эксперимент в одно лицо. Привет, самоконтроль, стремление к норме и прочий локин ин и грайнд. А также полное эфишенси по сравнению с грубым насилием суверенной власти. Короче, все как в том анекдоте про собаку, коммуниста и горчицу — добровольно и с песней.