Сижу я на отдыхе, никого не трогаю, вдруг приходит мейл: — Выручай, у нас курс для тех, кто поздно начал, один из тьюторов выбыл по семейным обстоятельствам, помоги, пожалуйста. Ну, я перестал отдыхать и поехал работать. В Великобритании много частных школ с интернатами, типа Хогвартса. Насколько я помню, Роулинг не упоминала, что по традиции летом эти школы сдаются под всякие другие мероприятия типа летних курсов, школ и т. п. Вся инфраструктура есть: можно есть, спать и заниматься в одном месте — это очень ценно. И добро зря не простаивает. В одной из таких школ, которой типа триста лет, и проходит этот курс для тех, кто начал слишком поздно. Целую неделю мы с ними собирались в разного размера струнные оркестры и пытались что-нибудь сыграть. Десять профессиональных музыкантов дают советы, дирижируют, проводят групповые занятия и т. п. По вечерам у них бар, танцы и прочее веселье. Средний возраст — пенсионный. Честно говоря, я давно не получал такого количества положительных эмоций. Коллегам я неоднократно повторял, что не припомню такой концентрации людей, действительно любящих музыку, в одном месте. Среди прочего, тьюторы сыграли для участников курса концерт, в котором играли в том числе и то, что они учили в ходе курса. Люди, приехавшие поиграть, берут от жизни максимум: они жадно стремятся к музыке и новым знаниям, и почти любое замечание воспринимают как откровение, а потом благодарят за него. В самом конце мы все сели в один огромный ансамбль и сыграли несколько пьес — просто для себя, публики не было. А, ещё мне пришлось совершить дирижёрский дебют, потому что отдельных дирижёров не было и каждый должен был продирижировать ту пьесу, репетициями которой он руководил.