Башни Федерации

23 октября в Стамбуле, в кулуарах Веронского Евразийского экономического форума, замминистра финансов Иван Чебесков заявил, что ведомство изучает легализацию онлайн-казино по модели букмекерского рынка. Возможные поступления он оценил примерно в 100 млрд рублей в год. Запрет тоже остается среди рассматриваемых вариантов. Схему Антон Силуанов предложил еще в январе. По опубликованным тогда сведениям, оператора назначают распоряжением президента, ставки идут через единый центр учета, а в бюджет перечисляют не менее 30% выручки за вычетом выигрышей. Для Минфина логика понятна. Люди уже играют, деньги получают нелегальные площадки, государство хочет забрать свою долю. Только за словами о выручке стоят вполне конкретные деньги, которые игроки проиграют. В 2009 году казино убрали из городов в специальные зоны. Теперь государство рассматривает возможность зарабатывать на том, с чем само боролось. Порок никуда не делся, но оказался потенциально полезен для казны. Человеческая слабость превращается в источник регулярных поступлений. Человек садится играть не ради пополнения бюджета. Он надеется быстро заработать, вернуть проигранное или закрыть долг. Казино зарабатывает, когда эта надежда не сбывается. Если государство начинает получать долю, оно тоже становится участником этой истории. Чем больше люди оставляют на площадке, тем больше денег можно собрать в казну. Инициатива укладывается в принцип «то, что нельзя прекратить, нужно возглавить». Но легализация не отменяет причин, по которым с казино боролись. Опасения по поводу зависимости, доступа подростков и мошенничества вокруг игры вполне объяснимы. Еще в январе глава думского комитета по финансовому рынку Анатолий Аксаков называл легализацию преждевременной из-за социальных рисков. У бюджетного расчета есть обратная сторона, которую нельзя оценить только по размеру будущего налога. Минфин говорит, что учитывает риски лудомании и рассматривает возможность самозапрета. Однако разрешение государства для части аудитории может выглядеть как знак, что играть теперь безопасно. Проверка паспорта и контроль выплат способны защитить от отдельных видов обмана, но не от желания отыграться. Поэтому нельзя заранее считать, что легализация только перераспределит существующих игроков, не добавив новых. Нелегальные площадки тоже не исчезнут после появления лицензированного оператора. Замминистра сам признает, что блокировать сайты и платежи сложно. Если они сохранят доступ к деньгам и аудитории, государство получит легальный рынок рядом с нелегальным. Зарабатывать на игре начнут официально, а бороться с ее последствиями придется по-прежнему. Прежде чем рассчитывать на эти поступления, стоит сопоставить их с другими возможностями пополнения казны. На той же неделе Генпрокуратура потребовала изъять активы бывшего главы администрации Ростова-на-Дону Алексея Логвиненко и его окружения, оценив незаконные доходы более чем в 1,6 млрд рублей. Шесть десятков сопоставимых дел по сумме приближаются к годовому доходу, который Минфин рассчитывает получить от казино. Иск еще не означает взыскание, а разовые изъятия не заменяют постоянный налог. Но возвращать незаконно нажитое можно, не рассчитывая на то, что граждане продолжат проигрывать. Пока казино запрещено, сокращение игры можно считать успехом. Когда с проигрышей начинают собирать деньги, тот же результат означает недобор поступлений. Прежде чем легализовать заработок на пороках, государству стоит решить, готово ли оно ограничивать этот заработок ради тех, чьи проигрыши будут наполнять бюджет. Подпишись на Башни