В день рождения Алексея Балабанова продолжаем рубрику #чемуменянаучилотец, где герои рассказывают о советах, привычках, принципах, переданных им отцами. Сегодня своей историей делится Федор Балабанов. Ее также можно будет прочитать в новом номере «Правил жизни» (спойлер: он выйдет совсем скоро). Дело было в начале нулевых. Я обедал на кухне, и в это время по федеральному каналу показывали передачу, посвященную очередному разбору смыслов и метафор фильма «Брат». Заходит папа, спрашивает: «Чем питаешься?» Он любил так говорить. И переводит взгляд на телевизор. Посмотрев с минуту, он заключил: «Ну и мура» — и ушел. Тогда я был еще маленьким и не знал, насколько ценным уроком для меня эта ситуация станет потом. В моей семье с подачи папы систематически вырезалось все ненастоящее, фальшивое, притворное. Мы с папой никогда не говорили о смыслах, символах, аллюзиях. Он всегда считал, что любой фильм — это в первую очередь история, и приучил меня к тому же. Сам он хорошие истории очень любил. Мы часто смотрели вместе телевизор. Причем не условных Тарковского или Антониони, а что-то простое и захватывающее. Помню, как-то смотрели рестлинг. Папа предложил: давай поставим на бойцов. Спустя пять минут мой боец стал внезапно проигрывать, я испугался и сказал, что теперь ставлю на того, за которого болеет папа. Прошло полчаса, и папин боец проиграл, а тот, на которого я ставил изначально, победил. «Продулся», — засмеялся папа. «Так ты тоже продулся!» — удивился я. «Важно не то, что боец проиграл. А то, что ты поменял свое решение. Так что продулся тут ты», — объяснил тогда папа. «Слово дал — стой ровно», — так он всегда говорил. Моего папы нет рядом больше десяти лет. Он не видел, как я начал работать в кино, не смотрел первый фильм, который я спродюсировал, не праздновал мою свадьбу и никогда не познакомится со своими внуками. Но как папины фильмы продолжают жить после него, так и его наставления навсегда остались во мне. Теперь уже как мои собственные правила жизни.