поблекшие гиацинты

«и произошло чудо. через щель в седьмой вагон стали проникать звуки обычной человеческой жизни: смех, детские голоса, бульканье воды. это было почти невыносимо. не меньше двадцати этапниц приникли к щели, мостясь одна на другой. маленькая станция, затерянная в уральской глуши. обыкновенная станция. босоногие мальчишки торговали яйцами, сложенными в шапки. на ржавой дощечке, прибитой к дощатому строению, было написано: «кипиток». на этот раз я отчаянно отстаивала свое место под солнцем. и мне удалось занять выгодную позицию – в самом низу. всем своим существом я жила теперь жизнью этой маленькой станции, твердя про себя: «господи, сотвори чудо! пусть я вдруг стану самой последней, самой бедной и невзрачной из этих баб, сидящих на корточках вдоль платформы со своими ведерками и горшками в ожидании пассажирского. я никогда не пожаловалась бы на судьбу, никогда – до самой смерти. или пусть я стала бы вон той дремучей старухой, что палкой нащупывает облезлые грязные доски деревянного настила. ничего, что ей осталось, может, несколько недель или дней. все равно она – человек. не «спецоборудование» — «крутой маршрут», евгения гинзбург