Хочу рассказать про Сатору Ивата, экс-президента Nintendo. Вот например хорошо известные нам Гейтс и Цукерберг - программисты, возглавившие собственные творения; а Ивата - наемный программист, доросший до первого лица чужой столетней корпорации и не переставший быть программистом. Вот его путь. Ивата - талантливый разработчик токийской студии HAL Laboratory, автор игр, на которых выросло целое поколение. В 1993-м студия тонет в долгах - полтора миллиарда иен, - и по настоянию легендарного главы Nintendo Ямаути программиста делают президентом HAL. За шесть лет он вытаскивает компанию из ямы. А в 2002-м происходит немыслимое для японской традиции: Ямаути, уходя после полувека правления, передает Nintendo ему - первому президенту не из семьи основателей за сто с лишним лет истории компании. Теперь фирменные эпизоды, по которым понятен этот человек. Эпизод программистский. Конец девяностых, Pokemon Gold и Silver безнадежно не влезают в картридж Game Boy. Ивата - шесть лет как президент компании - садится и пишет инструменты сжатия, которые не просто уместили игру: освободившегося места хватило, чтобы вложить в картридж целый мир из предыдущей части. Фанаты до сих пор считают это одним из самых щедрых сюрпризов в истории игр. А боевой код для другого проекта он тогда же перенес за неделю, без единой страницы документации. Его собственный комментарий: «В то время я был больше программистом, чем президентом». Эпизод человеческий. 2011 год, провальный старт консоли 3DS; 2014-й, провал Wii U, убытки, аналитики требуют сокращений. Оба раза Ивата делает одно и то же: режет вдвое собственную зарплату, топ-команде - на 20-30%, рядовых сотрудников не трогает. Его объяснение 2013 года: «Если мы сократим людей ради краткосрочных финансовых результатов, упадет мораль сотрудников. И я искренне сомневаюсь, что сотрудники, которые боятся увольнения, смогут создавать игры, способные впечатлить мир». В 2024-м, когда игровая индустрия резала десятки тысяч людей, эта цитата снова облетела мир. И эпизод, который я считаю самым недооцененным. Перед запуском Wii президент корпорации начал то, что сам назвал «странным экспериментом»: серию «Iwata Asks» - он лично интервьюировал собственных разработчиков об их работе и публиковал эти разговоры. Первое лицо глобальной компании регулярно садится напротив инженера и расспрашивает, как тот решал задачу. Он умер на посту в 2015-м, в 55 лет, не дожив до триумфа Switch, которую готовил. Проститься с ним в Киото под тайфунным дождем пришли несколько тысяч человек. Мои выводы. Первый. Нам годами повторяют: вырос в руководителя - отойди от станка. Ивата - контрпример уровня финального босса: его техническая экспертиза не мешала управлению, она была управлением. Но заметьте грань, она важна. Он не проверял чужой код по ночам из недоверия - он нырял туда, где без его рук проект погибал, делал работу и выныривал. Второй. Зарплата первого лица - инструмент коммуникации, и Ивата пользовался им виртуозно. Урезание себя вдвое при нетронутой команде - сообщение системе, которое не передать никакой рассылкой: ответственность живет наверху, ваша работа - главный актив, бояться не нужно. На визитке он был президентом корпорации, в голове - разработчиком игр, в сердце - геймером. Это его собственная формула и, возможно, лучший ответ на вопрос, что такое целостность руководителя: когда все три строчки не спорят между собой. Софья Беляндинова