21 августа Православная Церковь вспоминает святителя Емилиана, исповедника, епископа Кизического. Кизик - древний город в области Мизия на южном побережье Мраморного моря. Сегодня его руины находятся на территории современной Турции. Когда при императоре Льве Армянине начался новый виток иконоборческих гонений епископ Емилиан вместе с патриархом Никифором и другими православными епископами присутствовал на аудиенции императора, потребовавшего прекратить учить народ почитанию святых икон. Святитель Емилиан твердо отвечал, что вопрос об иконопочитании может обсуждаться и решаться лишь в Церкви духовными лицами, а не в царском дворце. Цена этих слов была известна заранее. После низложения патриарха Никифора и иконоборческого Собора 815 г. епископ Емилиан был отправлен в ссылку, где и скончался. И это совсем недалёкая для нас история. Святитель Емилиан отстаивал вовсе не привилегию епископов. Он защищал Церковь. Государство обладает огромной силой. Оно может издавать законы, собирать налоги, содержать армию, обеспечивать порядок. Но из этого не следует, что государственная власть становится источником истины в вопросах веры. Епископ Емилиан не говорил: «Церковь выше государства». Он говорил о другом: у каждого есть своя область ответственности. Императору - государственная власть. Церкви - хранение веры. И когда власть пытается переступить эту границу, сила и обязанность Церкви в том, чтобы сказать ей об этом прямо. Не из политического упрямства. Не ради конфликта. Не ради демонстрации независимости. Ради истины. История знает немало случаев, когда власть, обладая силой, начинала считать себя вправе определять всё: что людям думать, во что верить, какие убеждения считать правильными, какие удобными, а какие опасными. Именно поэтому память о святителе Емилиане сегодня звучит гораздо острее, чем может показаться. Церковь не может и не должна становиться политическим инструментом в руках государства. Церковь не должна быть обслугой государства. Но и государство не должно становиться богословской кафедрой. Когда император начинает решать, как Церкви исповедовать веру, это уже не сильная государственная власть. Это власть, которая вышла за собственные пределы. Святитель Емилиан заплатил за напоминание об этом ссылкой. Он мог промолчать. Мог сохранить кафедру. Мог найти осторожные формулировки. В этом и заключается сила исповедничества: человек понимает, где уступка становится изменой. Нам, живущим спустя двенадцать столетий, стоит особенно внимательно читать эту страницу церковной истории. Потому что здоровое государство нуждается в сильной Церкви, а Церковь нуждается в государстве, которое знает границы собственной компетенции. И если однажды эти границы начинают стираться, первым вопросом становится уже не вопрос о власти. Первым становится вопрос о совести. Святитель Емилиан на него ответил ещё в IX веке.