Велосипед любви Публикуем краткий отчет об очередном заседании нашего литературного клуба “Врачебная тайна”, на котором мы собирались обсудить тему “Литература — сестра милосердия”. Открыла собрание главная медицинская сестра клиники Медскан | Hadassah Елена Родинская. Одета она была в деловой костюм и голубую майку с вышитым на ней растерянным мышонком, который держит огромное сердце. Собственно, с размеров и смысла этого сердца и началось наше размышление о роли медицинской сестры в жизни больницы. Понятно, что поначалу все это грозило перерасти в бесконечное признание в любви. Начали с любви непосредственно к медсестрам, но когда были прочитаны первые, а потом и остальные стихи, масштабы страсти перекинулись чуть ли не на все живое — восхищение вызывали деревья, реки, порывы ветра, формовщицы бетона, всадники, кони и даже представитель тихой поэзии поэт Николай Рубцов, которого в ночь на 19 января 1971 года после продолжительной пьянки задушила женщина по имени Людмила Дербина, на которой он собирался жениться. Выступавшие были искренни, порывисты и разнообразны по возрасту и роду занятий. Стихи читали санитар больницы Антон Прилепин, член Союза писателей СССР Николай Оболонский, учитель русского языка и литературы Тамара Борисовна (фамилию не называем специально, настоящих учителей в России помнят только по имени-отчеству), ну и, разумеется, сами медицинские сестры клиники. Однако, именно в момент наивысшего торжества вечной любви ко всему живому, собравшиеся сестры милосердия начали вспоминать карие глаза одного мальчика, который умирал в больнице и спрашивал, будет ли он жить, и после разговора с ним пришлось плакать в голос три с лишним часа, а помнить эти глаза всю оставшуюся жизнь. И вспоминали собственного сына, которому запрещали заводить кошечку, поскольку она обдерет обои в новой квартире, а кошечку потом ему подарила хромая болезная тетя Соня, которую лечили всей больницей, и кошечку зовут Чак и за последние 16 лет этот Чак ни разу не драл обои. И с печалью говорили о дедушке, который очень хотел домой, его поставили на ноги, а родная дочь сдала его в дом престарелых и там он через неделю умер. Как быть, зачем жить со всей этой болью, печалью и смертью, когда вокруг на воде такая романтическая рябь, ветер таинственно колышет листья, а любовь так желанна и недостижима? В чем сила, сестра? Немного ясности в это внес главный врач клиники Hadassah Борис Чурадзе. Он вспомнил, как молодым врачом сразу попал в реанимацию и с перепугу выписал пациенту три листа назначений. Опытная медицинская сестра посмотрела на список этих спасительных жизненных ценностей и сказала: — Боря, а ты уверен, что человек все это выдержит? С тех пор Борис Тамазович в любых сложных обстоятельствах спрашивает совета не у себя и мироздания, а у медицинской сестры. Потому что настоящая сестра милосердия делает не то, что хочется окружающим ради жизни, а только то, что надо, чтобы не наступила смерть. И хорошо бы всем нам узнать, что это такое. Но, к счастью, медицинские сестры никогда прямо об этом не говорят и не скажут, поскольку это и есть та самая темная тайна, из которой происходят все самые очевидные вещи на свете. Что нам тогда остается? Действовать так, как рекомендовал поэт Николай Рубцов. Перефразируя самое известное его стихотворение, мы будем долго гнать велосипед. Пока смерть и любовь не разлучат нас.