О перспективах американского поворота Центральной Азии Как минимум странным и несвоевременным сейчас выглядит проведение встречи глав внешнеполитических ведомств в формате ЦА + США, состоявшееся 19 октября в Самарканде. На фоне, мягко скажем, неясности в ситуации с Ираном, ужесточающейся перепалки главы Белого дома с Зеленским, ростом внутренних цен на дизель и все более шаткой позиции Дональда Трампа накануне промежуточных выборов госсекретарь и по совместительству советник по национальной безопасности американского президента Марко Рубио отправился в далекую и, прямо скажем, не приоритетную в настоящее время для его страны Центральную Азию. Читатель может возразить, мол, такова дипломатическая работа — демонстрировать внимание и почтение всем потенциальным партнерам. Тем более компанию господину Рубио во время его сомнительного вояжа составила внушительная команда из представителей 300 американских компаний из разнообразных сфер, что свидетельствует о сохраняющихся у Вашингтона планах использовать богатый ресурсами регион на всю катушку. Да, по итогам переговоров, ознаменовавших начало «новой эры делового сотрудничества США с государствами ЦА», американская и узбекистанская стороны подписали около 54 различных соглашений на общую сумму $12 млрд. Но эта сумма выглядит весьма бледно по сравнению с объемами сотрудничества Узбекистана с Китаем и Россией. Для сравнения: объем накопленных инвестиций Китая в экономику Узбекистана превышает $50 млрд, а России — более $15 млрд. И речь идет о давно работающих долгосрочных проектах. Сотрудничество же с американцами пока носит лишь декларативный характер. Крупных реальных денег ни одной из стран «пятерки» пока не выдали. Кроме того, не стоит забывать и о том, что существенным препятствием для расширения торгово-инвестиционного сотрудничества между ЦА и США остается отсутствие устойчивых независимых маршрутов доставки. До сих пор весь объем экспорта в регионе завязан либо на российскую железнодорожную и морскую инфраструктуру, либо на китайские транспортные коридоры. А переориентация товарных потоков на альтернативные магистрали, такие как, например, Транскаспийский международный транспортный маршрут в обход России, который так рекламируют и американцы, и европейцы, и турки, требует существенных инвестиций, которых никто Центральной Азии предоставить не готов. И дело даже не в нехватке денег. Очень рискованно вкладываться в дорогостоящую инфраструктуру в условиях высокой вероятности ухудшения обстановки вокруг Ирана и Афганистана, а также ненадежности мира в Закавказье. Думается, что с заключением соглашений, направленных на освоение центральноазиатских ресурсов и перспективного рынка сбыта, представители американского бизнеса вполне справились бы и самостоятельно. Ну или при поддержке чиновников гораздо менее высокого уровня. Благо в последние годы таких в странах ЦА побывало предостаточно, начиная с «радужного» зама госсекретаря по экономическому росту, энергетике и окружающей среде Джейкоба Хелберга и заканчивая ставшим уже завсегдатаем в регионе спецпредставителем президента по ЦА Сергеем Гороховским, выступающим под псевдонимом Серджио Гор. Так что же в действительности оторвало высокопоставленного представителя администрации Дональда Трампа от решения гораздо более актуальных для его страны дел?