Итурупский шок: влияние на геополитическую ситуацию в Азии До сих пор Россия не была напрямую вовлечена в растущую конфронтацию в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), которая в начале ХХI века в первую очередь связана с противостоянием двух глобальных «системных архитекторов» — Китая и США. Как США и их союзники, главная действующая сила в АТР, так и относительно нейтральные страны Азии считали российский фактор статичным. А военно-политическая позиция России на Тихом океане казалась им не вполне самостоятельной, а скорее ориентированной на аккуратную поддержку Китая. Это может измениться. Если США воспримут изменение российского подхода к Японии не изолированно, а как свидетельство намерения Москвы продемонстрировать свой статус «великой тихоокеанской державы», они могут ответить на вызов именно в этой плоскости. Тогда последствия визита Путина на Итуруп будут значительно шире российско-японского территориального спора. В российско-японских отношениях наступила новая эра. Пришел конец прежней стратегии с обеих сторон, которая оставляла определённый простор для переговоров о мирном договоре. Сейчас разрушены последние иллюзии японской стороны о возможности дипломатического решения территориального спора. Такой шаг России был призван, очевидно, одновременно наказать Японию за ее антироссийскую политику, и демонстративно навсегда закрыть территориальный вопрос. Надо понять, что сегодня Япония не только активизирует практику дипломатических демаршей и противостояния России на международных площадках под предлогом «незаконной оккупации». Для Японии Россия явно становится военным противником. Ведь «северные территории» для японцев не просто исторический вопрос, а часть современной и будущей картины национальной безопасности. Закреплено представление о России как о непосредственной угрозе на северном направлении. Ответом может стать наращивание военного давления, причём не скачкообразное, а постепенное, долгосрочное. С учетом того, что ранее военный акцент был перенесен на южное, китайское направление («сдвиг на юго-запад»), вероятна «обратная рокировка». Японии, видимо, придется разместить дополнительные контингенты на Хоккайдо, могут повыситься число и интенсивность учений на севере. Можно ожидать переброску туда дополнительных подразделений ПВО и противокорабельной обороны, усиление радиолокационного и спутникового наблюдения за Курилами и Сахалином, увеличение патрулирования самолётами и мониторинга российской авиационной активности. То есть Япония может сделать северное направление гораздо более насыщенным разведкой и средствами поражения, пусть и не переходя к наступательной конфигурации. И конечно, может делиться результатами с союзниками, прежде всего с США. Более глубокое вовлечение США в конфронтацию с Россией на Тихом океане может иметь далеко идущие геополитические последствия. Конечно, сейчас США не до северотихоокеанского театра военного противостояния. Однако потенциально они, в случае провала линии на «умиротворение» России на европейском направлении или после смены администрации, могут под предлогом изменения ситуации вокруг Японии увеличить здесь военно-морскую активность: нарастить присутствие кораблей ВМС США в Японском море и северной части Тихого океана, активизировать совместные американо-японские морские учения, разведывательные полеты, взаимодействие с японскими самолетами и кораблями. При этом американцы могут специально демонстрировать способность действовать в непосредственной близости от российской дальневосточной оборонительной зоны (особенно усилив противолодочную разведку). То есть создавать новую угрозу нашим силам стратегического сдерживания.