ērān ud anērān

Боги и демоны не только дают нам призму, через которую мы можем понять данное общество: им также есть что сказать нам о более великих истинах. Как указывает египтолог Эрик Хорнунг, какова бы ни была природа богов, какова бы ни была система понятий или сеть ассоциаций, в которую мы их помещаем, все попытки объяснить их на самом деле направлены на то, чтобы выразить передаваемую ими информацию на другом, менее двусмысленном языке. Мы чувствуем, что они передают ценное послание о мире и человечестве, но мы ещё не нашли языка, выразительное богатство которого могло бы сравниться с их собственным. Они постоянно отсылают нас к нам самим, обнажая ограниченность нашей понятийной системы. Если мы желаем понять мир, нам, возможно, всегда будут нужны боги (...) Исчезновение бога — это не только обеднение человеческой реальности (воображение является фундаментальной частью этой реальности), оно также представляет собой утрату возможности самопознания. Не отрицая объяснительной ценности доминирующей социологической, функционалистской интерпретации богов, её хочется релятивизировать: боги не растворяются в кислотах гуманитарных наук; они не являются просто социальными или психологическими проекциями, векторами социальной логики или прозрачными символами; они также обладают определённой степенью агентности. На одном конце спектра они являются фигурами реальности, которая трансцендирует символическое, тогда как на другом конце они указывают на досимволическое, неименуемое, демоническое. В обоих случаях они представляют то je ne sais quoi, которое переполняет, просачивается и растрескивает символическое, одновременно составляя его исток или первооснову (...) События, происходящие на символическом уровне, не являются простым отражением человеческих взаимоотношений. Faure B. The Fluid Pantheon: Gods of Medieval Japan, Vol. 1. Honolulu, 2016. P. 9; 15.