Евгений Минченко: То, что сейчас происходит в мире, во многом имеет исторические основания Евгений Минченко, директор Международного института политической экспертизы (МИПЭ), в ток-шоу «60 минут. По горячим следам» на «России 1» с Евгением Поповым. ✔️Зачем Евросоюзу эта война Перед перерывом [в программе] была очень бурная дискуссия о том, зачем Евросоюзу эта война. Зачем Евросоюзу готовить свои общества и свою экономику к военному столкновению с Россией через какое-то время? Я полностью согласен с уважаемым Константином Симоновым, что это не какая-то блажь, это долговременная стратегия. Я бы вообще сказал: то, что сейчас происходит в мире, во многом имеет исторические основания. ✔️Они могут позволить себе содержать украинскую военную машину Думаю, что логика европейских властей, когда они говорят: «Давайте поднапряжёмся, тем более по нам не бьют» – в том, что война дорогая, но не супердорогая, не суперзатратная и они могут себе позволить ещё какое-то время содержать Украину. Украину не как государство, а конкретно украинскую военную машину. Тем более проблема нехватки людей как бы закрывается. Вопрос: насколько там хватает бассейна, а потери закрываются технологизацией, использованием роботов, дронов, искусственного интеллекта и так далее? И собственно, что надо? Нужна брендированная рамка: у нас есть государство, нужны деньги, нужны поставки вооружений. И это можно продолжать. И тут идёт доигрывание конфликта XVII века. То есть в какой-то степени повторение «Руины», а она длилась достаточно долго: «Можем себе позволить, затянем пояса». ✔️Они переигрывают прошлые войны Константин Симонов говорил о противоречиях между европейской бюрократией и национальными государствами. Я с этим согласен. Но при этом для каких-то национальных государств есть тоже вопрос доигрывания исторического конфликта. К примеру, Швеция, с которой мы особо активно воевали на протяжении веков. Они переигрывают и Ливонскую войну, и Северную войну: «А давайте мы попробуем сейчас вернуться туда, в XVII или даже в XV век». ✔️Принцип работы бюрократического механизма Плюс есть ещё очень важный момент, связанный с бюрократической инерцией. Люди подписались под проект и что-то идёт не так. Они что, должны выйти и сказать: «Ну, что-то мы не то посчитали, давайте завяжем»? Нет. Так же не работает бюрократический механизм. Он работает по принципу: «Давайте ещё поднапряжёмся, давайте подкинем ещё ресурсов. А там дальше или ишак сдохнет, или падишах. А пока мы можем это вести...» Я, как историк, могу обратиться к опыту Первой Мировой войны – там же, на самом деле, было очень на тоненького. Грубо говоря, кто раньше сломается в условиях изматывающего противостояния. И немцы, несмотря на то, что они серьёзно помогли русской революции, деморализовали российский фронт и отсрочили своё поражение, они в какой-то момент сломались психологически. В момент, когда Германия начала капитулировать, немецкие войска стояли на территории Франции. И они тоже думают: «Может, что-то там происходит, может, там внутри что-то такое бомбанёт, что вынудит союзников откатить?» Соответственно, тогда эта игра в геополитическом казино – «Мы новые фишки ставим! Давай ва-банк!» – оправдается. Потому что: «О’кей, мы получаем репарации, мы получаем уже бесплатный доступ к российским энергетическим ресурсам...» @mcrepostworld