Энергетическая гостиная

ПЛАН РАСТЁТ, ВВОД ПАДАЕТ Две стратегии — одна судьба. Первый ориентир — генеральная схема размещения объектов электроэнергетики до 2020 года, документ 2007–2008 годов. Она планировала на 2020 год потребление 1 710–2 000 млрд кВт·ч (базовый и максимальный сценарии), максимум нагрузки 234–280 ГВт, потребность в установленной мощности 349–401 ГВт и ввод новой генерации 169–232 ГВт; атом к 2020-му должен был вырасти до 53,1–58,8 ГВт. Факт: в 2020 году страна потребила 1 088 млрд кВт·ч — на 36% ниже нижней генсхемной границы. Рекорд максимума за все семнадцать лет наблюдений — 168,7 ГВт (2023) — так и не дотянулся даже до нижней плановой границы 234 ГВт. Атом к 2025 году достиг 34,5 ГВт — две трети генсхемной нижней границы 2020-го. Второй ориентир — Энергетическая стратегия России до 2030 года, утверждённая распоряжением Правительства от 13 ноября 2009 года: потребление к 2030-му — 1 740–2 164 млрд кВт·ч, установленная мощность — 355–445 ГВт, доля угля в топливе ТЭС — рост со 26 до 34–36%, КПД угольных ТЭС — с 34 до 41%, потери в сетях — снижение с 12 до 8%. Факт 2025 года: потребление 1 161,2 млрд кВт·ч — на треть ниже нижней границы коридора, который должен был наступить через пять лет; мощность 258,9 ГВт — на 27% ниже нижней границы; угольная доля не выросла; КПД угольного парка не поднят. Стратегия-2030 сама называла болезнями монозависимость от газа — 53% потребления первичных ресурсов — и сохранение перекрёстного субсидирования в энергетике: обе болезни дожили до 2025 года. Единственное перевыполнение документа — восточное направление нефтяного экспорта, цель 22–25% доли к 2030-му, достигнутое раньше срока, — случилось по причинам, которых стратегия не предполагала. Обе стратегии не исполнены ни по одному измеримому электроэнергетическому параметру. Третий блок стратегии — энергоэффективность — провален так же системно. Документ ставил цель снижения энергоёмкости ВВП к 2030 году до 46% от уровня 2005 года, то есть в 2,1–2,3 раза; факт середины 2020-х — по оценкам, около 70%, половина пути. Нереализованный потенциал организационного и технологического энергосбережения стратегия оценивала в 40% внутреннего энергопотребления, с разбивкой по секторам: жилые здания — 18–19%, электроэнергетика, промышленность и транспорт — по 13–15%, теплоснабжение, услуги и строительство — по 9–10%. Эта цифра стала вечной: госпрограмма 2010 года ставила снижение энергоёмкости на 40% к 2020-му году и дала 12%; Энергетическая стратегия-2035 переписала её как «более трети»; оценки 2020-х продолжают цитировать те же 40–45% — около 450 млн тонн условного топлива в год. Самый дешёвый источник энергии за семнадцать лет так и не стал источником. Что было вместо стратегий — видно из семнадцати годовых отчётов Системного оператора, сведённых в одну хронологию за 2009–2025 годы. Потребление выросло на 23,2% — со 942,8 до 1 161,2 млрд кВт·ч, с четырьмя провалами (2013, 2015, 2020 и 2025-й — минус 1,1%, первое снижение вне общего кризиса за весь ряд). Установленная мощность увеличилась на 53 ГВт — с 207,7 до 258,9 ГВт, почти втрое больше прироста максимума нагрузки (со 150 012 до рекордных 168 741 МВт). Вот весь сюжет коэффициента использования в одной цифре: 4 711 часов в 2010 году против ~4 200 к середине 2020-х. Построено 53 ГВт — на прирост максимума всего 18,7 ГВт: станции строились не под пик спроса, а под план; фонд часов оплатил разницу. Вводы после пика 2014 года (7,7 ГВт) просели до 734 МВт в 2023-м; в 2025-м — 1 085 МВт.