Слово защите

#️⃣ «Мы максимально приблизились к исправлению человека», — начальник ГУФСИН по Красноярскому краю Антон Ефаркин Во вторник, 18 мая, генерал-лейтенант внутренней службы и начальник ГУФСИН Антон Ефаркин дал интервью радиостанции «Красноярск Главный», в котором ответил на несколько вопросов о том, как, по его мнению, изменилась уголовно-исполнительная система в России и регионе. Внимание на интервью обратил проект помощи осужденным «Русь Сидящая». Интервью начинается с вопроса о том, что поменялось в уголовно-исполнительной системе за последнее время: ⬅️Система за последние годы сильно поменялась. Она прежде всего стала исправительной. Мы максимально приблизились к исправлению человека. С января 2024 года введён и исполняется закон о пробации➡️, — отвечает Ефаркин. Дальше интервьюер Сергей Васильев уточняет, что значит «пробация» и по отношению к кому она применяется. Начальник ГУФСИН рассказывает, что это ряд мер, направленных на помощь заключённым, отбывающим наказание в местах лишения свободы, тем, кто находится под другими мерами пресечения, и уже вышедшим на свободу. По его словам, начальники отрядов и сотрудники помогают судимым решать ряд вопросов — от получения документов и образования до избавления от вредных привычек. В качестве примера последнего Ефаркин привёл «убрать татуировки». По его словам, сейчас этот процесс помощи более глубокий, чем раньше, и затрагивает 100% осуждённых. Всё, что нужно заключённому, — это желание. После ответа Васильев спрашивает Ефаркина, насколько эта система действительно направлена на помощь, а «не на что-то иное», поскольку «у нас много всяких разных разговоров носится по углам». Ефаркин отвечает, что помощь получают те, кто этого хочет. Позже в интервью начальника ГУФСИН спросили про частую практику, когда бывших заключённых из-за пометки о судимости не берут на работу. На этот вопрос Ефаркин не ответил, переведя тему на закон об исправительных работах и исправительные центры, в которых работодатели специально ищут осуждённых для найма. Помимо этого, как рассказывает Ефаркин, колония представляет собой государство с жилыми и производственными секторами. Весь доход, который получает колония с производства, идёт, по его словам, на нужды учреждения. По данным начальника ГУФСИН, осуждённые должны государству 5 миллиардов 400 миллионов рублей. ⬅️Чтобы было понимание: один осуждённый обходится государству в 86 тысяч рублей. Это большие деньги. На питание, на медицинское обеспечение, на охрану и на другие вопросы. Поэтому вопрос стоит остро. В прошлом году примерный оборот денежных средств составил 3 миллиарда 600 миллионов рублей по Красноярскому краю. Мы на эту сумму произвели продукции. Налогов мы заплатили только в бюджет края 1 миллиард 200 миллионов. Ещё 200 миллионов — в другие бюджеты➡️. В среднем, по его словам, зарплата осуждённого составляет 18 тысяч рублей из-за сдельной оплаты, однако со стороны государства увеличилось число заказов, и зарплата осуждённых выросла примерно до 24 тысяч. У сварщиков, благодаря заказам, зарплата доходит до 70 тысяч рублей. Все деньги осуждённых содержатся на специальном счёте, никто им на руки их не выдаёт. Из зарплаты вычитают платежи, например, по алиментам и штрафам, а также средства на еду и обмундирование. Как упоминает «Русь Сидящая», по закону ФСИН может удерживать до 75% заработной платы, и, как утверждает проект, этим правом пользуются. В подтверждение они привели цитату из письма политзаключённой Нины Слободчиковой, осуждённой на 12 лет за госизмену из-за перевода денег на карту гражданина Украины. В письме она рассказывает, что во время заключения поняла: «зэки» — не нахлебники государства. ⬅️Так в моей жизни развеялся миф, что зэки — нахлебники государства. В декабре задолженность за одежду была 14 тысяч рублей, в апреле — 24 тысячи рублей. Никогда не думала, что сидеть на зоне — это так дорого. Поэтому передайте, пожалуйста, мои бесконечные благодарности всем, кто мне помогает!➡️, — пишет Нина.