Новоизбранный первый зампред Верховного суда Владимир Давыдов заявил об историческом минимуме числа заключённых в России в связи с гуманизацией законодательства. Адвокатское сообщество связывает это не с гуманизацией правосудия, а с массовой отправкой заключённых на войну По данным Верховного суда РФ, число людей, находящихся под стражей или отбывающих реальные сроки, стало рекордно низким. Об этом сообщил Владимир Давыдов, назначенный 4 марта на должность первого заместителя председателя суда. «Верховный суд на протяжении многих лет проводит курс на гуманизацию законодательства и практики правоприменения. Сегодня у нас исторический минимум: в местах лишения свободы и следственных изоляторах содержатся 308 тысяч человек — это 209 на 100 тысяч населения. В следственных изоляторах также рекордно мало заключённых — 89 тысяч», — отметил Давыдов на заседании Совета Федерации. Однако адвокаты ещё в феврале прошлого года отмечали, что сокращение числа заключённых и уголовных дел по рецидивам в основном связано не с гуманизацией правосудия. Адвокат Алексей Лямин (АП Москвы) заявлял, что реальное лишение свободы по статистике не сокращается: в 2021 году его назначили 156,8 тыс. человек, в 2022–2023 годах — 164–165 тыс. человек. По его мнению, уменьшение контингента связано с тем, что часть осуждённых и обвиняемых идёт на войну с Украиной. Советник ФПА РФ Нвер Гаспарян отмечал, что снижение числа заключённых скорее связано с уходом активной части населения на войну, чем с реальной гуманизацией. Суды действительно прекращают почти каждое пятое уголовное дело, но чаще это касается преступлений небольшой и средней тяжести и не означает реальной реабилитации. В начале года ФПА, проанализировав статистику Верховного суда за 2025 год по уголовным преступлениям, обратила внимание также и на резкое сокращение числа уголовных дел в отношении рецидивистов в России. Согласно этим данным, за 11 месяцев суды рассмотрели около 108,5 тысячи дел в отношении лиц с непогашенной судимостью. Для сравнения, за весь 2024 год таких дел было примерно 165 тысяч — то есть показатель снизился почти на треть. Формально выглядит как серьёзный успех в борьбе с рецидивной преступностью. Но адвокаты объясняют эту цифру не столько реальным снижением преступности, сколько изменениями в уголовном процессе. Речь прежде всего идёт о статье 28.2 УПК, которая позволяет прекращать уголовное дело, если обвиняемый соглашается пойти на войну, причем независимо от тяжести преступления и вида рецидива. Советник ФПА Борис Золотухин считает, что именно массовое применение этой нормы и дало такой статистический эффект. По его словам, более точную картину можно будет увидеть позже — когда появятся полные данные по работе следствия и судов за год. Он также подчёркивает: если говорить о реальном снижении рецидивов, а не о цифрах в отчётах, то без нормальной системы социальной адаптации бывших осуждённых ничего не изменится. В этой работе, по его мнению, должны участвовать не только силовые структуры, но и местные власти. Вице-президент ФПА Нвер Гаспарян тоже считает, что сокращение числа рецидивных дел связано с уходом части активного мужского населения на войну. Но этот фактор он называет временным, так как в России существует системная проблема в сфере ресоциализации бывших осужденных. При наличии работы и легального дохода риск возвращения к преступлениям становится ниже. Таким образом, заявление новоизбранного зампреда ВС РФ о гуманизации законодательства не имеет ничего общего с реальностью.