Женёк из Иерусалима

ЦАХАЛ ужесточил апартеидный закон о смертной казни. Начиная с этого воскресенья, смертная казнь для палестинцев действует и на Западном берегу, причём версия, принятая армией, ещё жёстче той, что одобрил Кнессет. Изначальная формулировка относила к преступлениям, караемым смертной казнью, только убийства, совершённые с целью отрицания «права Израиля на существование», что делает закон практически неприменимым к террористам-поселенцам. Версия, принятая армией для Западного берега, сохраняет апартеидный характер закона, но также упрощает его применение к палестинцам, вводя в качестве дополнительного основания для казни за убийство – отрицание “полномочий военного командира в данном районе”. Версия для Западного берега также ослабляет презумпцию невиновности, как указывает Adalah. Если подозреваемый использовал оружие или якобы состоял в организации, запрещённой в Израиле, бремя доказательства переносится на защиту, которая должна опровергнуть обвинение. В каком-то смысле смертная казнь — не новшество. Дозволительные правила открытия огня и практически полное отсутствие ответственности за убийства, совершаемые солдатами ЦАХАЛа, фактически давно нормализовали смертную казнь. В израильских местах заключения самые чудовищные пытки остаются безнаказанными. В условиях оккупации палестинцев можно убивать, избивать и пытать. Преступником может быть офицер в форме или гражданский. Это не имеет значения. Скорее всего, они будут освобождены от какой-либо ответственности. Теперь смертная казнь для палестинцев стала и де-юре нормой. Как и многие самые страшные формы насилия, это преподносится как мера «сдерживания» и «безопасности». Но это не так и не может быть так. Этот закон бесчеловечен и несправедлив и не имеет ничего общего с безопасностью. Это прославление жестокости и дегуманизации. Текст военного указа Анализ правозащитников